— Вы с работы, наверное, есть хотите, у меня в морозилке есть пельмени.
— Пельмени — это хорошо.
— Тогда пойдем в кухню, я буду варить пельмени, а вы порежете хлеб и сыр.
Что ни говори, совместная трудовая деятельность сближает, пусть даже это элементарное приготовление ужина.
Пельмени варились, чайник закипал. Аня достала старинные бабушкины тарелки и прозрачные, невесомые фарфоровые чашечки. К ним серебряные изящные позолоченные ложечки, а для тонко порезанного лимона есть специальная инкрустированная эмалью тоже бабушкина тарелочка. Вот так, поразим в самое сердце сотрудника охранного агентства изысканностью и благородством. Хоть и покупные пельмени, зато из старинного фарфора.
Она весело улыбнулась и посмотрела на Сергея. Он сидел, упершись взглядом в инкрустированную тарелочку, потом взял ее в руки.
— Откуда это у тебя?
— От бабушки осталось. У меня много хорошей старинной посуды, а что?
— В квартире, которую снимал Красовский, при осмотре нашли такую же тарелочку. В точности. Я еще обратил внимание, какая необычная вещь.
— Какого Красовского? — машинально обронила Аня.
Сергей удивленно посмотрел на нее.
Аня забыла обо всем. Она так увлеклась приготовлением ужина и даже представила себе на минутку, что вот пришел с работы голодный и уставший муж, и она должна побыстрее накормить его и налить крепкого горячего чая с лимоном, что совсем забыла обо всем! О том, что, собственно, и послужило причиной их знакомства. О Веронике, Красовском и всех последующих перипетиях. Какую глупость она сказала, теперь Сергей решит, что она клиническая идиотка.
— Прости, я так увлеклась ужином и про все забыла. — Аня смущенно улыбнулась.
Он внимательно смотрел на нее прищуренными ярко-синими глазами и непонятно о чем думал.
«Ну что ж, — решила Аня, — с лирикой у нас никак не получается, перейдем к хорошо знакомой и никогда не подводящей теме убийства».
— Расскажи, что собой представляет квартира, которую снимал Красовский, — попросила она.
— Стандартная однокомнатная квартира в многоэтажке в районе южного автовокзала. В квартире неплохой ремонт, чисто, в комнате стоит диван, журнальный столик и письменный стол. В столе деловые журналы и небольшой металлический ящичек типа сейфа. Абсолютно пустой. На кухне минимум посуды, сразу видно, что ничего не готовили, нет ни кастрюль, ни сковородок, только тарелки, столовые приборы, чашки и хрусталь: несколько рюмок и фужеров. На столе стояла точно такая же тарелочка, я еще подумал, для чего она: слишком маленькая и красивая, чтобы из нее есть. Я решил, что она для конфет или печенья.
— Когда мы были на даче и Алина готовила стол для чаепития, она порезала лимон в точно такую же тарелочку, и я еще обратила внимание и сказала, что и у меня есть такая же. Алина ответила, что много хорошей старинной посуды им подарила Мишина бабушка на свадьбу. Что же получается? Что Алина была в квартире, которую снимал Красовский? Она принесла туда какую-то посуду, в том числе и эту индийскую вещицу, я же знаю, как Алина любит окружать себя красивыми вещами, создавать соответствующую атмосферу… Получается, что и она была любовницей Красовского? Или их связывало что-то другое? — Аня говорила взволнованно, голос ее вибрировал, щеки порозовели.
Сергей выслушал Анины размышления и неопределенно усмехнулся.
Потом они ели пельмени, пили чай, и Аню не покидало чувство неловкости.
Определенно, ее гость не был дамским угодником и поддерживал Анину болтовню ни о чем минимально. Чай был выпит, торт распробован, майор оказался большим любителем сладкого и с удовольствием уплел два больших куска.
— Спасибо, не дала умереть с голоду.
— На здоровье.
Больше говорить было не о чем.
— Я, пожалуй, поеду, поздно уже. — Сергей неловко потоптался посередине Аниной комнаты.
— Да, уже поздно, и вы, наверное, устали, день был тяжелый.
На мгновение Ане стало смешно от их «содержательного» разговора.
Сергей надел влажную куртку, как-то растерянно посмотрел на Аню:
— Я позвоню.
— Да-да, звони.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Она захлопнула за ним дверь, закрыла на все замки, порылась в сумочке, вытащила сигареты, прошла на балкон и торопливо закурила. Да, лирики хоть отбавляй. На кой черт, спрашивается, она мыла голову, красила ресницы и душилась любимыми духами? За полчаса он сожрал тарелку пельменей, два куска торта и был таков.
А чего она ждала? Признаний в любви, пылких страстей, чего? Нет, ответила себе честно Аня, ей вовсе не приходило в голову, что Сергей будет признаваться ей в теплых чувствах, а уж тем более интима в первый вечер она определенно не хотела. Но и такого лаконизма от него не ожидала. Ведь можно же о чем-то поговорить отвлеченном, не обязательно об этих чертовых убийствах. Окружающие находят ее достаточно интересной собеседницей, они с удовольствием болтают на работе с директорами и менеджерами.
Что ж, как это ни горько, но приходится констатировать: они очень разные люди, и общего у них нет ничего, кроме того, что волею судеб они вовлечены в расследование.
