— Тогда не делай вид, что умер! — возмутилась я. — А то мне неуютно, когда ты притворяешься, будто тебя нет.
— Мне начать читать стихи моей Принцессе? — съехидничал господин «Я язвлю всем без разбору».
— Нет, лучше обними меня, — поморщилась я.
Мои слова, по всей видимости, вогнали Принца в жесткий когнитивный диссонанс и глубочайший афиг, потому как он замер, а затем уточнил:
— Мне послышалось? Или я ненароком заснул?
— Фу на тебя, язва, — фыркнула я и подползла к Принцу. Правда, не на много — всего на пару сантиметров. — Ты же обещал ничего лишнего не делать — я тебе верю. Вот и обними меня безо всяких лишних поползновений.
— Ладно, — довольно протянул Бельфегор и тут же собственнически загробастал меня в охапку, оказавшись рядом так быстро, словно только этого и ждал. Ну точно он в засаде сидел, а как сигнал прошел — в атаку ломанулся! Не зря я опасалась, ой, не зря!..
— Спокойной ночи, — прошептала я, устраивая голову на предплечье Принца.
— И тебе сладких снов, — промурлыкал Бэл, изобразив Чешира сверкнувшей в ночи улыбкой.
Я закрыла глаза, сосредоточившись на мерном сердцебиении Принца и его спокойном дыхании, и вскоре поняла, что наши сердца бьются в унисон, а по телу моему разливается приятное тепло, вкупе со спокойствием, защищенностью и уверенностью в том, что всё будет хорошо… Обычно я мучилась от кошмаров, а потому боялась напугать Бельфегора воплями в ночи или метанием по койко-месту, но уверенные, мягкие, родные объятия умиротворяли, и я подумала, что, возможно, всё обойдется… Заснула я довольно быстро, а кошмары мне, что интересно, вообще не снились. Бэл и правда защищал меня ото всего — даже от меня самой и моей памяти, которая по ночам возвращала меня в мир ужаса из моего детства…
Проснулась я, как обычно, в пять утра, причем без звонка будильника, и не сразу поняла, почему меня кто-то обнимает. Что интересно, мой сонный разум отказывался осознать, что обнимает меня мой Принц, но и паника на тему: «Какого фига? Кыш, нахал!» — у меня почему-то не началась. Я проморгалась и поняла, наконец, кто мирно посапывал рядом со мной. Тут же вспомнился вчерашний вечер, и я, довольно улыбнувшись, начала разглядывать мирное, спокойное и по-детски невинное лицо Принца в призрачном свете луны, едва озарявшем комнату. Однако долго любоваться спящим Бельфегором мне не дали — он проснулся. Как бы сказала сейчас Маша: «Карамба!» — как бы сказала Катя: «Печалька», — ну а как бы сказала я: «Жизнь-боль…» Бэл проморгался и, явно пребывая еще не совсем в адеквате, расплылся в довольной лыбе, а затем крепко прижал меня к себе.
— Без фанатизма! — возмутилась я, и Принц, окончательно проснувшись, вопросил:
— Ну что, как спалось?
— Отлично, — улыбнулась я, отползая от Бэла. — И даже без кошмаров, представляешь? А тебе?
— Аналогично, а кошмары я к тебе не подпущу. И если они все же придут, им конец, — многообещающе усмехнулся он и потянулся, блаженно прикрыв глаза и вытянув руки над головой, отчего вновь напомнил мне кота.
— Ага, ты их убьешь, убив и мой сон, — фыркнула я и скомандовала: — Подъем, а то мне на работу надо.
— Ага, — нехотя ответил Бэл и начал обуваться. Я терпеливо ждала, пока он зашнурует свои сапожищи до колена, нахлобучит на голову диадему и, прошлепав к стоявшей слева от меня тумбочке, врубит ночник.
— Вставай, — скомандовал он, отходя к двери и замирая возле нее.
— Чего? — опешила я. — А ты?
— А я уже встал, — закосил под дурочка Гений.
— Имей совесть! — возмутилась я. — Я при тебе переодеваться не собираюсь!
— А я и не прошу, — усмехнулся Бэл. — Просто встань, и всё.
— Извращенец! — возмутилась я.
— Можешь называть меня, как хочешь, — ехидно заявил Бельфегор, и в глазах его заплясали дьяволята. — Но я тебя подниму.
— Да пожалуйста! — фыркнула я и встала, скрестив руки на груди. — Дальше что?
— Милое платье, тебе идет, но ночнушка должна быть покороче, — вынес вердикт Бэл.
— Слушай, Ваал-фегор, — съязвила я, — может, пойдешь уже и дашь мне переодеться?
— Называть меня вторым именем демона лени — не лучшее из оскорблений, — поморщился Бэл, и в алых глазах промелькнула обида. А мне вдруг стало очень и очень стыдно, потому как Бэл — не демон, он не зло во плоти, а я его постоянно так называю… Подумав, что надо бы извиниться, я босиком прошлепала к Принцу и пробормотала:
— Извини. Я не думала, что тебя это так расстраивает, да и не задумывалась о том, что, по сути, это и впрямь оскорбление.
— Ладно, прощаю, — смилостивился Принц, но явно всё еще немного обижался, а потому я, переборов себя, ухватила его за полосатую кофту, сжав ее в кулаке, и быстро чмокнула опешившего мужчину в щеку, после чего чуть ли не бегом ломанулась к кровати и зарылась с головой под одеяло. Было страшновато, но паника не наступила, и это меня сильно удивило, однако меня практически сразу откопали из моего укрытия, и Бэл с довольной улыбкой и радостным блеском в глазах изрек:
— Пожалуй, мне стоит почаще обижаться, если это помогает тебе преодолеть страх, не находишь?
— Бяка, — возмутилась я. — Интриган. Эксплуататор!
