Еще больше ей хотелось стереть в порошок того урода, который влез в ее миссию в самый ответственный момент, не дав возможности нанести сокрушительный удар. Вельзевул все свое существование в Аду боролась с мучительным желанием уничтожать самых тупых и бесполезных своих подчиненных. Боролась, ибо осознавала: стоит только начать, как она останется без подчиненных вовсе. Вельзевул ни за что бы не призналась, что ее благосклонность к Кроули последние лет двадцать зиждилась на том, что именно он когда-то притащил ей тогда еще диск с «Diabolo», в которого она самозабвенно рубилась в те дни, когда желание уничтожать все сущее достигало пика. С этого момента взяла начало ее любовь к компьютерным играм, а также неохотно принятое решение, что никчемные людишки тоже способны сделать что-то толковое.
Напрямую Интернетом Вельзевул почти не пользовалась: людские дела и интересы ее не волновали. Сеть ей нужна была исключительно для того, чтобы выходить на мощные игровые сервера. И вот, в тот момент, когда она уже практически вырвала победу, экран перекрыло странное приглашение.
— Это не страшно, — хмурился тем временем Гавриил. — Тебе послание мог отправить любой — у вас же общая с людьми Сеть, верно? Но вот кто отправил письмо мне?
Вельзевул усилием воли заставила себя отключиться от душившей ее ярости и мрачно посмотрела на собеседника. Что в Раю имелась своя собственная Сеть, никак не связанная с людской, она прекрасно знала. Как знала и то, что со стороны в нее проникнуть невозможно: в свое время она задействовала на это все имевшиеся в ее распоряжении силы. Конечно, сами демоны в компьютерах разбирались плохо, даже пронырливый Кроули умел только пользоваться конечным результатом, однако Ад уже начал собирать неплохую коллекцию из хакеров. Измученные души, выбирая между классическим наказанием и попытками взломать ангельскую Сеть, не колебались вовсе, однако их совместные усилия ни к чему не привели.
— Мой компьютер в достаточной мере защищен от проникновения извне, — холодно процедила Вельзевул. — Уж на это умений хакерских душ точно должно было хватить. Однако если ты прав, и в наше дело вмешался ангел…
На словах «наше дело» Гавриил вздрогнул и нервно повел широким плечами.
— Ангел… — тем временем, словно не замечая его реакции, уже задумчиво продолжала Вельзевул. — Это может быть ваш Азирафаэль?
— Вряд ли, — поморщился Гавриил. — Он даже отчеты до самого последнего момента заполнял вручную и отправлял по старинке. Отказался от ангельского смартфона, блея что-то про то, что его сигнал плохо проницаем для земного эфира! Я-то видел, что он его чуть ли не боялся, но не стал настаивать, решив, что не стоит давить на нервы продуктивному работнику. Короче говоря, Азирафаэль — последний ангел, который вообще стал бы хоть что-то делать с техникой.
— Значит, это посторонний ангел, — мрачно заключила Вельзевул. — Еще какой-то ангел, который в курсе наших дел и который способен взломать мой компьютер.
На лице Гавриила можно было без труда прочитать, как он в срочном порядке перебирает все возможные и невозможные кандидатуры.
— Если это были не Михаил, не Уриил и не Сандальфон, — произнес он, с трудом удержавшись от того, чтобы нервно облизнуть губы, — то ему пришлось бы взломать и мой компьютер. Больше ни у кого из ангелов нет подобного уровня доступа… Ну, разве что еще у самого Метатрона, но тот ничего не делает по своей собственной инициативе. Только если по указанию Бога…
Гавриил и Вельзевул переглянулись, одновременно притихнув и будто бы ужавшись. Версия, будто Всевышняя решила так неожиданно заняться делами, которые не волновали ее вот уже более четырех тысяч лет, никому из них не показалась привлекательной. При этом оба они не знали, для кого подобное вмешательство может оказаться хуже: для Ада, с момента своего появления являвшегося язвой на божественном творении, или для Рая, который давно уже жил своей собственной, почти независимой от высочайшего мнения жизнью.
— Она бы не стала слать глупые письма, — сглотнув, но все равно сипло произнесла наконец Вельзевул.
— Она Непостижима, — столь же сдавленно парировал Гавриил. — И она любит… всегда любила новые игрушки. В конце концов, если устарели молнии и белоснежные тоги, то отчего бы не устареть и гласу с небес?
Вельзевул обреченно кивнула. Она все еще пыталась нащупать в памяти имя хоть сколь-нибудь рангом попроще — того, с кем можно было бы справиться. Если бы у нее оставались время и силы на то, чтобы отвлечься, она бы заметила, что ее собеседник занят тем же самым.
— Мы не должны забывать, — изо всех сил стараясь сохранять оптимистичность, после паузы заявил вслух Гавриил, — что ангелы умеют нас удивлять. В конце концов, никто не ждал восстания от Люцифера, никто не ждал такого откровенного неповиновения от Азирафаэля. С большим сожалением надо признать, что ангелы, не имеющие достаточный уровень сознательности, рискуют впасть в заблуждение, а затем — и в открытое противостояние идеально отлаженной системе…
