Она растерянно обернулась, и от полученного удара отлетела в сторону. От боли и шока она на несколько мгновений потеряла сознание. Дрожащей рукой попыталась коснуться груди. Из раны хлестала кровь, по ощущениям несколько ребер были сломаны. Лорен поняла, что не может вдохнуть, и когда это, наконец, удалось, в горло брызнула горячая кровь, заполнила рот, стекая сквозь зубы, по подбородку и шее, окрашивая стремительно увеличивающееся кровавое пятно на одежде.
«Я умираю», — подумала Лорен.
Слезы навернулись на глаза от боли и пронзившей мысли — что будет, если она умрет в прошлом? Вернется ли в будущее? И какое будущее может быть у того, кто уже мертв?
Нет, нет, так не может быть! Она же столько раз обманывала смерть, перепрыгивая в прошлое, она же столько всего сделала!
— Лорен! — вопил словно из-под толщи воды Барди, тщетно пытаясь к ней пробиться. — Нет! Ривер! Лорен в беде!
Шум воды нарастал. Гулкие шаги орка сотрясали землю — он приближался, чтобы ее добить, а Лорен не могла даже попытаться отползти.
Вдруг все вокруг потемнело, будто накрытое огромной тенью, и остановилось. Шум сражения остановился, нависший над Лорен орк тоже остановился. И медленно обернулся.
Кровотечение прекратилось, осознала Лорен. Ее покрывало слабое бирюзовое свечение. Страшная рана на груди зудела, срастаясь. Мышцы наполнились силой, сердце забилось ровнее. Лорен смогла глубоко вдохнуть и выдохнуть и неверяще замерла — перед орком стоял Ривер, охваченный холодным синим огнем. Колоссальная масса воды куполом накрывала главную площадь. Крупные капли и брызги то и дело падали с громким шлепком. С волос Ривера срывался пурпурно-синий огонь, глаза его потонули в ярко голубом сиянии. Он медленно протянул руку. Орк задрожал. Безумие исказило его морду, он замахнулся топором, резко разворачиваясь к Лорен.
Вспышка яркого света заставила невольно зажмуриться, раздался треск, грохот, вопль и шум не удерживаемой ничем воды, которая сплошным потоком пролилась на площадь, сбивая стоявших с ног, прибивая лежавших к земле. Лорен инстинктивно сжалась, зажмурилась, оглушенная, потерявшаяся в круговороте шума и воды. Едва все притихло, она распахнула глаза и ошеломленно уставилась на существо, стоявшее там, где несколько секунд назад находился Ривер.
Из огромной клыкастой пасти крупными сгустками падала черная кровь. Чудовище дернуло пастью, прокусило мощное тело орка насквозь, с треском прогрызая доспехи и кости. Сыпались лопнувшие части окровавленного панциря, упал топор. Оторванная голова покатилась по мостовой к ногам Лорен.
Ошеломленные люди и орки застыли, уставившись на дракона.
Сверкающая на солнце чешуя, подобная крупным тонким сапфирам, плотными рядами покрывала шкуру, будто искусно уложенная черепица. Пропорционально уменьшающиеся к хвосту гребни располагались по хребту и синхронно смещались, сверкая острыми гранями, пока чудовище переминалось огромными когтистыми лапами, втаптывая выпавшие покореженные доспехи в потрескавшуюся плитку, которой была выложена площадь. Еще одно движение мощными челюстями. Шевельнулись сложенные за спиной крылья, тень от них, расправленных, закрыла клонившееся к закату солнце.
Дракон скользнул взглядом по Лорен. Синяя радужка, вытянутый иглою узкий зрачок. Дракон ощерился окровавленными клыками, замер — нечто привлекло его внимание. Крупные мышцы заходили под серебрившейся шкурой, мощная лапа оторвалась от земли, под горлом что-то вздувалось, глаза сияли ослепительным голубым светом. Миг — и ледяной луч пронзил пространство с тонким свистом, прорезая четверых орков насквозь, впился в стоявшее за ними здание. Раздался грохот. Часть людей и орков, смешавшись в одну безудержную паникующую толпу, с криками бежали, часть напротив, опомнилась — снова послышался лязг оружия, выкрики команд. Дракон лязгнул челюстью, заворчал, двинулся.
— Бежим! — орал в ухо перепуганный Барди, схватив ошеломленную Лорен подмышки и оттаскивая прямо по земле в укрытие — к стене Гарунского собора подле старинного фонтана.
Дракон взмахнул крыльями, словно примеряясь к полету. Взметнулись комки грязи, мелкие камни, сорвались части крыш, деревянные настилы, от резкого порыва ветра рвались листья и ветки с кустов и деревьев, островки огня раздулись неистовым пламенем, черный дым, валивший столбом, закружился гарью и пеплом. Задрожала земля от тяжелой поступи дракона. Ослепительно тонкий ледяной луч вновь вырвался из его пасти, брызнула черная кровь орков, разлетелись ошметки трупов, раздались истошные вопли. В дракона полетели копья и рой стрел.
— Огонь! — скомандовал начальник стражей. — Убить дракона любой ценой! Не дайте ему подняться в воздух!