Кияна замялась. Было видно, что эта тема для нее болезненна. Она молчала так долго, что Альв оставил надежду узнать подробности случившегося, однако в самый неожиданный момент кирнари заговорила. Медленно, неохотно, с большими паузами.
— Это все со слов отца. Она пришла к нему. Попросила его принести из сокровищницы Камень Души. Сказала, что хочет изучить его. Отец всегда приветствовал ее тягу к знаниям, считал, что любопытство — хорошая черта для будущего правителя, а Хель… Она не просто изучала, она находила способы улучшить существующие артефакты. Может, он надеялся, что… ну… что она поймет, как сделать, чтобы Камень отдавал новорожденным больше магии. Не знаю.
Кияна тяжело вздохнула, переступив с ноги на ногу.
— В общем, он выполнил ее просьбу. А она… ударила его ножом.
Кирнари поежилась. Ее голос сел. Свою историю она продолжила глухим шепотом.
— Перед уходом Хель сказала отцу, что ненавидит его, что… не собирается больше прозябать в Андере, и ее путь лежит на юг. Болтала всякую чушь. Потом ушла. Оставила отца на полу истекать кровью.
Его собеседница опустила голову, а Альв нахмурился. У него появились кое-какие соображения насчет услышанного, и он поспешил поделиться своей теорией с Кияной.
— Уверен, сущность, сидящая в Хель, не собиралась убивать владыку, не хотела ранить его смертельно. Он должен был выжить и рассказать, что во всем виновата его дочь, что эта она украла Камень. Это был способ отвести подозрения от Йолина. Свалить все на Хель. Твоя сестра сказала отцу, что направляется на юг, а на самом деле поехала на север. Пустила вас по ложному следу.
— Но ведь она не понимала, что делает? — спросила Кияна. В ее глазах плескалась отчаянная потребность в который раз услышать подтверждение своих мыслей. — Правда ведь? Не могла противостоять сущности?
Дождавшись от Альва утвердительного кивка, она расслабилась.
А спустя секунду оба наблюдателя вытянулись по струнке. На горизонте, в рассветных лучах, там, где розово-медовое небо соединялось с зеленым полем, возник темный силуэт. Он приближался.
Вскоре в этом мутном пятне Альв и Кияна различили очертания всадницы на лошади.
— Это она, — сказал Альв, сжав в руке трубку с дротиком. Еще минуту назад он был полностью уверен в своих силах, а сейчас засомневался в себе. Получится ли у него выстрелить из этого непривычного оружия? А если он промахнется?
— Ты готов? — ладонь Кияны скользнула по его предплечью. Взгляд прикипел к далекой фигуре.
Альв тоже не сводил глаз с наездницы, характерно подскакивающей в седле. Ему казалось, что он слышит шелест трав под копытами животного. Казалось, что Хель заметила их на террасе сторожевой башни и смотрит прямо на него, что вот-вот повернет назад, разгадав его хитроумный замысел, и его план сорвется.
Нет-нет, ей нужен Камень Души. Сущности нужна священная реликвия Андера, и она ни за что не отступит от своей цели.
Вопреки опасениям Альва, Хель не заметила подвоха и направила лошадь к воротам внешней крепостной стены. Он уже различал под капюшоном ее лицо, тень усталости и раздражения в ее чертах. По его позвоночнику скатилась капля ледяного пота.
— Давай, — шепнула Кияна, сжав пальцами деревянный парапет.
— Рано, — глухо ответил Альв, позволяя бывшей невесте подъехать ближе.
Сердце в его груди колотилось, как ненормальное. В какой-то момент Хель показалась ему такой ослепительно красивой, что он усомнился, сможет ли в нее выстрелить.
И все же, когда она спешилась, чтобы постучать в ворота, он прижал к губам трубку из бамбука и дунул в нее, выпустив дротик с тонким наконечником, зеленым из-за сонного зелья.
«Это для ее же блага, для ее же блага».
За секунду до выстрела его жертва подняла голову, то ли почувствовав что-то, то ли услышав подозрительный шум. Их взгляды встретились. Глаза и рот младшей кирнари округлились, а потом она рухнула на землю тряпичной куклой.
Шею в районе рабской метки пронзила острая боль, словно стрела попала не только в Хель, но и в него тоже. Альв даже невольно накрыл татуировку ладонью.
— Получилось! — выдохнула Кияна и рванула к лестнице.
Надо было последовать за ней, но Альв обнаружил, что дрожит всем телом и не может двинуться с места. Сглотнув пересохшим горлом, он перегнулся через перила и посмотрел вниз. Вокруг распростертой на земле кирнари уже суетились люди.
* * *
К тому моменту, как Альв взял себя в руки и подошел к воротам, Хель уже положили на носилки.
— Спальня готова, — сказала Кияна, с болью глядя на застывшее лицо сестры. — Комната на самом верху восточной башни. В той части замка никто не живет. Вы останетесь с Хель наедине, пока Сущность не покинет ее тело. До тех пор я позабочусь, чтобы к вам не сунулся ни один любопытный нос. Надо исключить ситуацию, которая позволит темному паразиту сменить хозяина. Но ты уверен, что, пока сестра спит, мы в безопасности?
— Да, — ответил Альв, чувствуя, как растет в горле колючий ком. Из-за него голос прозвучал хрипло. — Мне удалось это выяснить опытным путем. Пока сознание носителя угнетено, Сущность себя не проявляет.