Стал разбираться и с большим удивлением выяснил, что, оказывается, существуют какие-то международные конвенции, запрещающие убивать раненых (во как!), что медицинский персонал находится под защитой международных соглашений, что строения, автомобили, вагоны, самолеты, корабли с красными крестами неприкосновенны. Вдруг открылось мне, что пленного нельзя пытать, и уж тем более нельзя его убивать. И часики с пленного не сорви, и сапоги что с пленного, что с убитого снимать не положено.
Узнав все это, я призадумался. К тому моменту я уже два года в Воронежском суворовском военном училище отмотал, но никто никогда ничего подобного мне не рассказывал и не объяснял. Мне еще пять лет по суворовским училищам кантоваться; интересно, когда мне об этом расскажут? Решил ждать.
Так вот: за семь лет учебы в суворовском училище никто ни разу ничего подобного мне не рассказывал.
После этого я поступил в Киевское высшее общевойсковое командное училище. И там, за все годы — ни разу.
Дальше — служба в войсках; теперь я учу будущих сержантов воевать. Программа подготовки предельно насыщенная. Учат будущих младших командиров тому, как надо врагов убивать. Сами они — будущие учителя. Они это умение будут передавать рядовым бойцам. Много всего было в тех учебных программах, но ничего о том, что золотую коронку из вражеской пасти рвать не принято.
Затем была Военно-дипломатическая академия. Уж тут-то, казалось бы, преподаватели должны были хоть разок упомянуть о Женевских и Гаагских конвенциях.
Но нет, не упоминали.
Рассказали только, что штаб-квартира Международного комитета Красного Креста расположена в Женеве, на проспекте Апьа, прямо напротив Постоянного Представительства Советского Союза при отделении ООН и других международных организаций, и что эта организация, как и все остальные международные организации, может быть использована офицерами советских разведывательных служб в качестве вербовочной базы и прикрытия их разведывательной деятельности.
Бойцы СпН не подозревали о существовании каких-то международных законов и обычаев ведения войны, запретов и ограничений на приемы и способы боевых действий. Это неудивительно: некому было их обучить, ибо их командиры тоже ничего об этом не знали.
Возьмем, например, нерушимое многовековое правило, закрепленное в статье 33 Гаагской конвенции 1907 года: парламентер — лицо неприкосновенное (равно как и сопровождающие его трубач, горнист или барабанщик, лицо, несущее флаг, и переводчик). А в Советской Армии такого правила не признавали либо просто не знали о его существовании.
В 1956 году член Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза Герой Советского Союза председатель КГБ СССР генерал армии Серов Иван Александрович пригласил на переговоры на советскую военную базу официальную делегацию правительства Венгрии, куда вошли министр обороны страны генерал-майор Пал Малетер, начальник Генштаба генерал Иштван Ковач и начальник оперативного управления Генштаба полковник Миклош Сюч. Парламентер — лицо неприкосновенное. Но Иван Александрович, видимо, об этом забыл, что вполне понятно: простая человеческая слабость. Полномочных представителей правительства Венгрии, которые в данном случае были парламентерами, схватили; генерал-майора Пала Малетера впоследствии казнили вместе с председателем совета министров Венгрии Имре Надем.
Пленных нельзя убивать. Но шестнадцатью годами раньше, весной 1940 года, тот же Серов (в то время — комиссар Государственной безопасности 3-го ранга) получил свой первый орден Ленина (за годы службы он был награжден в общей сложности шестью такими орденами) в числе тех, кто тысячами убивал пленных польских офицеров. Серов сыграл в этой чудовищной расправе главную роль, и его фамилия должна была стоять первой в списке награжденных.
Хотя никакой войны Советский Союз Польше не объявлял. А если бы такая война и велась, то все равно после ее завершения в сентябре 1939 года пленных должны были отпустить. Но и об этом ни Иван Александрович Серов, ни сам товарищ Сталин, видимо, не знали (или делали вид, что не знали).
Пленных нельзя убивать. Но вот рассказ четырежды Героя Советского Союза Маршала Советского Союза Жукова Георгия Константиновича о том, как он допрашивал пленного немецкого солдата:
Записал и опубликовал этот рассказ Герой социалистического труда, кавалер трех орденов Ленина, лауреат Ленинской и шести Сталинских премий писатель Константин Симонов в своей книге «Глазами человека моего поколения».
Ни Жуков, ни Симонов не отдавали себе отчета в том, что пленного не только нельзя убивать, но и угрожать ему убийством тоже нельзя. И если такое случилось, то лучше об этом молчать, а если и рассказываешь кому-нибудь за рюмкой чая, то публиковать такие рассказы уж точно не следует.
Однажды меня пригласили понаблюдать за совместными учениями американской и британской армий в Баварии, на полигоне в районе города Регенсбург.
