Тонкость, на которую не обращают внимания дилетанты, состоит в том, что "открытое пространство" — это фикция. Двигаться в Галактике можно только по проложенным и провешенным путям; исключение составляют лишь исследовательские корабли, каждый полет которых является игрой со смертью. Причина этого называется двумя словами "анизотропность пространства", фактически же она складывается из десятков разных эффектов — от волн антиматерии до колебаний постоянной Больцмана; причем эти эффекты еще и накладываются друг на друга, формируя для каждого района Вселенной уникальную многомерную карту, обычно напоминающую не то Критский лабиринт, не то ризому Жиля Делёза. Строго говоря, без этих знаний путешествовать по Млечному Пути вообще невозможно. И даже внутри систем лучше иметь лоции. Реальная схема пространственных маршрутов всегда представляет собой сетку, где открытые пути чередуются с областями затрудненной навигации — так называемыми "черными зонами". "Черные зоны" могут иметь разную физическую природу. Некоторые из них смертоносны, причем настолько, что к ним нельзя даже приближаться. Но по многим другим передвигаться все-таки можно, если соблюдать разумную осторожность. А главное — корабль, находящийся в "черной зоне", практически необнаружим. Это обстоятельство не раз использовалось в тактике: Андроником Варданом при атаке Порт-Стентона, например...
План Вина Уайта при Антиохии был прост, как булыжник. Никаких разделений сил, маневров и обходов. Сойти со сверхсвета так близко к цели, как только возможно. В идеале — на расстоянии, с которого можно сразу атаковать. Три новейших авианосца могли разнести флотилию линкоров в пыль за минуты. Выучка экипажей решила бы все.
Увы, этот план имел и минусы. Во-первых, выбранный подход требовал сложнейших навигационных расчетов, причем от экипажа каждого корабля в отдельности; заранее загруженные планы могли тут помочь очень мало. Этот фактор привел к потерям еще до того, как бой начался. Во-вторых, едва вывалившиеся из сверхсветового режима корабли должны были потратить время, чтобы собраться боеспособной группой. И время это никак не могло быть меньше нескольких минут.
Вин попытался форсировать атаку еще больше, заставив один из авианосцев (это был "Анджана") выпустить люфтгруппу немедленно, не дожидаясь никакого перестроения. И в результате истребители "Анджаны" в первые же пять минут боя уничтожили линкор "Аполлон".
Теперь у Ангела осталось три линкора: "Фессалия", "Лето" и "Эпиметей". Но вот их легко взять уже не удалось. Раньше, чем люфтгруппы успели нацелиться, линкоры начали стремительно отходить в направлении устья очень близко расположенной "черной зоны" — и скрылись в ней, не получив ни одного попадания. Одноместные истребители, конечно, могут действовать и в "черной зоне", но это превратит их пилотов практически в смертников; поэтому от преследования Вин пока отказался.
Между тем Ангел поднял беспилотный "москитный флот", единицы которого — много, несколько сотен — принялись барражировать на фоне устья "черной зоны", не позволяя больше никому в него войти. По ним постреливали крейсера — без особого эффекта. Истребители время от времени поднимались, описывали в пространстве сложные контуры, что-то сбивали...
Наступило неустойчивое равновесие.
— Мы еще не влипли?
Вин смотрел на Георгия с экрана. Морщил лоб.
— Влипли, конечно. Запланировать стремительную атаку, а нарваться на позиционное сражение — это суметь надо.
— Я думал, что позиционной космической войны вообще не бывает, — честно сказал Георгий.
Вин странно усмехнулся.
— Любую идею можно перевернуть... Пока что он связывает нас, но мы связываем его. Это не так плохо. На худой конец, мы эту стену прогрызем. Даже тогда — сохранится преимущество.
— Хреновое преимущество, — сказал Георгий честно.
Вин пожал плечами.
— У тебя есть предложения лучше?
— Пока нет... Я думаю, что надо как-то поиграть с нашим построением. — Вин повел рукой в сторону экрана, где метелью крутились истребители. — Вот пока цикл запущен — подумаю.
— Думай...
Тиберий Ангел тоже наблюдал за работой истребителей. Он находился в центральном посту легкого крейсера "Нереида", на который совсем недавно перенес свой штаб с "Фессалии". Еще одна небольшая военная хитрость...
Картинка на экране напоминала вьюгу.
На Антиохии толком и не знают, что это такое...
Остро вспомнился Карфаген. Лес, скалы и небо.
Ангел не знал, увидит ли он родную планету еще когда-нибудь. Вряд ли. Скорее всего, он теперь будет всю жизнь прикован к Антиохии.
Может, и к лучшему. Учитывая, что здесь хотят построить эти... мешковатые слепцы... пусть уж хоть где-то остается нормальное, живое человечество.
Он усмехнулся.
Ужас перед последствиями — не повод отказываться от власти.
Император Тиберий. Впрочем, имя можно и сменить.
Новый представитель династии, давным-давно давшей трону трех неудачников, один из которых к тому же выколол другому глаза...
