Один из линкоров уничтожен.
Истребители тут же пошли обратно — почти по тем же траекториям, как будто запись задом наперед пустили.
Интересно, что же они будут делать дальше?..
Георгий вывел на малый экран лицо Вина. Тот был очень сосредоточен. Еще бы. Георгий поглядел на него и не стал мешать.
Картинка между тем продолжала меняться. Оставшиеся линкоры противника... уходили. Их курсы соединялись в ажурную трубку, стягивались в нить...
— Красиво, — пробормотал Георгий.
Сидевшие рядом покосились на него.
Георгий сейчас ничего не мог сделать. Ничего. Он не мог преследовать дивизию линкоров, имея только крейсера. Смертниками его люди не были, и вообще — достаточно уже было смертей...
Еще несколько минут, и линкоров Ангела не стало видно.
Все было ясно, как божий день. Ангел увел свои корабли в "черную зону", несомненно, заранее присмотренную. Он и расположил их так, чтобы в случае чего почти мгновенно увести. И если бы не проведенная Вином атака с марша — ушел бы вообще без потерь.
Интересно, какие еще сюрпризы он приготовил?..
Георгий поколебался и вызвал Вина на связь.
— ...Ничего теперь не сделаешь. Он не должен был ждать атаки авианосцев. Никак не должен был. Но уж если ждал...
— Он не мог это предусмотреть, — Георгий покачал головой. — Невозможно.
— Значит, он предусмотрел невозможное.
Георгий поморщился.
— Не надо подозревать противника в сверхъестественных способностях...
— Знаю, что не надо, — согласился Вин. — А если приходится? Ты на экран посмотри...
— Черт... Ты хочешь сказать, что теперь ничего больше не придумать?
— Ничего. Только прорубаться. А твоя задача — сканировать пространство вокруг. Если у него расставлены ловушки, пусть уж лучше твои корабли их разряжают... или подрываются на них. Извини.
— Не верю я, что на этом закончится, — сказал Георгий вслух.
Вин кивнул.
— Я тоже не очень. Но сил у нас больше. Будем полагаться на примитивное превосходство.
Георгий тоже кивнул и перевел связь в пассивный режим. Примитивное превосходство, надо же... Значит, Вин опять оказался прав и все тактические хитрости кончились, не успев начаться. Потому что Ангел подготовился и к этому тоже. Георгий прекрасно видел, что происходит на экране: на месте группы линкоров раскрывалось сложное облако, состоявщее из сотен очень мелких кораблей. Если это вообще можно назвать кораблями... Очевидно, Ангел собрал с планеты и окрестностей всю мелочь, способную хоть как-то подняться в космос — челноки, списанные спутники, бог знает что еще — поставил на каждый дешевый двигатель и установщик электромагнитных помех. И заряд, конечно же... И всю эту москитную беспилотную флотилию теперь предстоит сбивать, теряя время. Даже огонь с крейсеров тут не очень-то поможет, потому что маневренность у подобной мелочи огромна. Значит, это работа для истребителей. То есть вообще-то, конечно, им положено заниматься вовсе не этим, но в такие уж условия нас поставили...
Ангел, что же ты еще придумаешь?
"Нас победы не утоляют, после них мы еще лютей. Мы не верим в Родину и свободу. Мы не трогаем ваших женщин и не кормим ваших детей, мы сквозь вас проходим, как нож сквозь воду. Так, горланя хриплые песни, мы идем по седой золе, по колосьям бывшего урожая, и воюем мы малой кровью и всегда на чужой земле, потому что вся она нам чужая..."
В поселке лил дождь. Эрнст Брандт зашел в кантину, откинул капюшон резинового плаща. Огляделся. Свет настенных ламп, темные деревянные панели, могучие столы...
— Подсаживайся, летатель, — сказали в спину.
За столиком у стены сидел Леопольд фон Бабенберг. Давно, видимо, устроился... Эрнст всегда считал Леопольда очень характерным типажом — в старинном, театральном смысле этих слов. Аристократ. Вялый красавец с тяжелыми веками. Комбинезон танкиста смотрелся на нем странно.
Эрнст подвинул тяжелый стул. Опустился.
— Скучно?
Лео усмехнулся — криво, но изящно.
— Чем занимаются танкисты, когда нет боев? Правильно, техобслуживанием... Какое тут скучно. Тут двадцать часов в сутки можно занять.
— Ага... Подчиненные, значит, заняты, — Эрнст принял из рук официанта кружку пива.
— А ты думал. Мы в любую секунду должны быть готовы. И сейчас готовы... Сам знаешь, как это дается.
— Знаю, — сказал Эрнст, отпивая. — Ты думаешь, сейчас еще что-то предстоит?
Лео развел руками. Точнее, одной рукой — вторую он поднять поленился. Эрнст представил этого сибарита в бою на тяжелом "пойнтинге", и ему стало страшновато.
— Всегда что-то предстоит, — сказал Лео. — Я не стратег, конечно... Но в то, что нынешняя война кончилась, я не верю. Извини. Война набрала инерцию... причем это не только инерция массы, но и инерция структуры... не знаю, как правильно выразиться, черт с ним. В общем, она теперь должна погаснуть.
— То есть должна исчезнуть масса? — спросил Эрнст небрежно.
Лео впервые серьезно посмотрел на него.
— Может быть... Да ведь оно так и бывает обычно, если вспомнишь историю.
— Мрачные у тебя идеи. А без сброса массы — никак нельзя?
Эрнст пожал плечами.
