— Я не буду высказываться на экономические темы, — Гамильтон снял очки, протер, водрузил обратно. — Я узкий специалист. И я могу сказать, что изоляционисты настроены против любой войны. В этом отношении ничего не изменилось. Можно ожидать чего угодно, вплоть до диверсий. Даже здесь, в мегаполисе, изоляционистов поддерживает больше половины населения. А в сельских районах — это просто абсолютное большинство. Если бы на нас напали — другое дело. Но против агрессивной войны я возражаю. Категорически.
— Даже если эта война превентивная? — подал голос Бертон.
Гамильтон пренебрежительно усмехнулся.
— Снизу такие тонкости не видны. Уверяю вас. Если Альянс нападет на кого-то первым, мы получим реакцию общественного мнения. Соответствующую. Такую, что мало не покажется. Справимся, конечно, но обойдется это дорого. Думаю, что никакие экономические выгоды не стоят такой нестабильности дома.
Мятлев покивал ему.
— Спасибо, Александр... Что скажет на эту тему космофлот?
Бертон пошевелился.
— Мы выполним любую задачу, если она будет осмысленной. Ни в экономике, ни в политике я не разбираюсь. И мне, например, непонятно даже — против кого мы собираемся воевать. Здесь это не звучало.
— Резонный вопрос, — сказал Мятлев. — Патриция? Отто Васильевич? Что скажете?
Урбанович и Якоби переглянулись.
— Против Византии, — сказал Якоби.
Патриция Урбанович медленно кивнула.
— Я... понимаю, что Гондвана производит на нас гораздо более отвратительное впечатление, — сказала она. — Для нас, жителей республики... это понятно. Но сейчас мы всего лишь решаем задачу. Воевать против Гондваны — безумие. Она монолитна. Этой война нам сейчас не выиграть. А вот занять часть византийских планет, в случае, если распад Византии явно наметится — вполне реально. К этому надо просто быть готовыми.
— Быть готовыми... — пробормотал Бертон.
— Минуточку, Джеймс, — сказал Мятлев. — Эдмунд, вашего мнения мы еще не слышали. Хотите высказаться?
Эдмунд помедлил. Он достаточно знал Сергея Николаевича, чтобы понимать: это именно вопрос, а не требование в форме вопроса. Отказаться от обсуждения, сославшись на некомпетентность — вполне можно.
Только стоит ли?..
— Если меня что и смущает, так это отвлечение ресурсов от галактических исследований. Надеюсь, что оно окажется временным. С точки зрения чисто технической — мы готовы. Если нужно. С точки зрения кадровой... не знаю. В исследовательском флоте есть отличные навигаторы, но это, конечно, не военные пилоты. Ну а принять участие в дооборудовании кораблей...
— С кораблями все сложнее, — сказал Бертон. — Дело даже не в том, что мы не можем построить флот, который будет превосходить византийский. Если очень напряжемся — можем. Но людей, умеющих вести классические линейные бои, нам взять неоткуда. Поэтому... В общем, я не думаю, что строить линкоры — это хорошая идея.
— А есть другие варианты? — спросила Патриция.
— Есть. Господин президент?..
Мятлев кивнул.
— Говорите, Джеймс.
— Хорошо... Коллеги, сейчас я скажу то, чего еще не знает никто из присутствующих, кроме господина президента и господина Якоби. Год назад была заложена серия очень крупных кораблей, которые мы условно называем суперлинкорами. Все работы ведутся, естественно, на внеатмосферных верфях. В случае необходимости эти корабли можно выдать за строящиеся транспорты. Не буду пока вдаваться в подробности, скажу только, что сочетание огневой мощи и маневренности там... беспрецедентное. Готов из них сейчас один. Простите, "готов" — это означает, что готов корпус. А силовые узлы, начинка, вооружение... все это делается в десятке разных мест, хотя и по единым, конечно, стандартам. Подавляющее большинство исполнителей не знает, зачем все это. Так что можно сдать назад, если что. Но привести первый суперлинкор в рабочее состояние мы можем буквально за месяц. Так вот я хочу знать: настал ли для этого момент?
Гамильтон поднял руку.
— А что вы сможете сделать с одним кораблем?
— Провести локальную операцию, — сухо ответил Бертон. — Если вы думаете, что планируется война на сто лет — вы ошибаетесь. Разгромить весь византийский флот нам пока не по силам, но такая задача и не будет ставиться. И суперлинкор будет не один. Просто он станет основой флота.
Мятлев обвел собравшихся взглядом.
— Итак, мнения присутствующих ясны, — сказал он. — Голосования не будет. Адмирал Бертон, я приказываю вам расконсервировать первый опытный суперлинкор и подготовить его к операциям в Пространстве. Срок — три недели. Работы на других кораблях серии при этом не прекращать. Более мелкие заказы пересылайте лично мне, им будет дан приоритет. Министерству энергетики и министерству науки приказываю обеспечить космофлоту поддержку. Вопросы?
— У меня есть вопрос, — сказал Эдмунд. — Вернее, целых два. Первый такой: понадобится ли вам от нас помощь людьми?
Бертон ответил не сразу.
