Отвлекшись, я теряю нить разговора и не совсем понимаю, что обсуждают ребята, а Романов просто молча переводит взгляд дальше. Лиза отмахивается от брата, мол, поела уже, и он теперь смотрит на меня. Я еще не знаю наверняка, но чувствую это.
– Что? – стараюсь говорить с сережкой в его ухе, чтобы не смотреть ему в глаза.
– Тебе взять что-нибудь?
И снова ступор. Соображай быстрее, он хочет взять тебе… что? Паника-паника-паника, его руки, спасающие меня от травмы, запах – сладкий, как от аппарата сахарной ваты. Чего он от меня хочет? Лиза сказала, что ела, Тим заказал круассаны… а!
– Салат. Любой. С помидорами. Цезарь лучше, – чеканю с паузами. Звучит странно, но ладно уж. Язык не проглотила – хоть это уже хорошо.
Раф пялится на меня. Явно пытается понять, все ли в порядке у меня с головой, но, к счастью, кивает и уходит. Судя по очереди, ждать мы его будем до самого конца перерыва, но это ничего. Перекушу после – сэкономлю на пончике в кафе. Целых сто пятьдесят рублей в копилку не лишние.
Чтобы меня не поймали на слежке за Рафом, чью макушку я не теряю в толпе, потому что он выше девяноста процентов студентов, я смотрю на ребят, а те дурачатся. Тим зажимает шариковую ручку между носом и верхней губой, Лиза всеми силами пытается до нее дотянуться и сбить на пол. Они то и дело хватают друг друга за руки, без конца касаются друг друга. И это, пожалуй, могло бы умилять, если бы в голове не кричала сирена, которая пытается напомнить, что все летит под откос, пока я притворяюсь, что нет. Я вру сама себе и оттягиваю момент неизбежного осознания. Но да, вот так – не верю, что идея с конкурсом выгорит, и мысленно готовлюсь к тому, что придется идти учиться в строительный колледж, как пророчила мама.
– Эй, ты чего? – Лиза щелкает пальцами у меня перед носом.
– А? Что? Ничего, задумалась просто. – Судорожно пытаюсь вспомнить какую-нибудь из последних тем, что обсуждали за столом. – А вы работаете вместе? С Романовым?
Спрашиваю у Тима первое, что приходит в голову, а он ухмыляется, скулы на худом лице выделяются сильнее. Этот парень очень даже обаятелен, не пойму, почему все внимание достается Романову, если эти двое друзья. Разве что Тим предпочитает оставаться темной лошадкой по собственной инициативе. Лиза наклоняется ближе, почти ложась на стол, и шепчет заговорщическим тоном:
– Слышала о проекте «Неуч»?
А кто о нем не слышал! Это приложение, где можно за фиксированную цену скачать или заказать работу практически на любую тему – от эссе по проблематике произведений Достоевского до творческой композиции из пластилина про космос. Подружка Розы, одна из супермамочек-блогеров, рассказывала, когда мы были у сестры в гостях на «полуднюхе» (Лёве исполнилось полгода), что покупает школьные поделки только там. А тот же Рома закупается в «Неуче» чуть ли не оптом. Как и многие другие студенты с непустым кошельком. Я ненавижу такую помощь, потому что корплю сама над каждым словом и штрихом каждой работы, а кто-то… просто… нажимает кнопку, платит и получает качественный продукт без лишних усилий.
– Видимо, слышала, – заметив недовольство на моем лице, Тим стреляет бровями вверх, и я догадываюсь, что…
– Не-е-ет! Только не говори, что это ваших рук дело!
– Их самых, – смеется он, поднимая ладони вверх.
– Тима гений, – с неподдельной гордостью выдает Лиза, пожав его плечо. Она не видит, как он вздрагивает от ее прикосновения.
– А Раф? – спрашиваю, прежде чем думаю.
– Кто? – Они меня не понимают.
– В смысле, Данил.
Я-то полагала, что он просто прикарманивает папины колбасные денежки. Не стыкуется у меня это с заявленным в змеином чате образом популярного мальчика. Популярные мальчики не ведут собственные проекты. Они могут быть крутыми спортсменами, которых все хотят видеть в высшей лиге. Они могут делать вид, что работают на папочку, прохлаждаясь в собственных кабинетах. Да они в принципе могут ничего не делать!
– На Даниле в принципе все держится. Но он больше отвечает за… ну, типа, связи с общественностью, наверное, – с умным видом выдает Тим, а Лиза тут же заливается смехом, будто услышала самую смешную шутку в мире.
– Ага, пиар-менеджер! – Она вытирает слезящиеся глаза и продолжает хихикать.
– Без него ничего бы не было.
Друг Рафа говорит о нем с таким благоговейным трепетом. Видно, что он уважает его, насколько можно уважать головореза, который дерется с кем попало и портит жизнь примерным студенткам вроде меня. Теперь я знаю, что объединяет этих двоих непохожих друг на друга людей, но все равно не могу понять, что может заставить их дружить, – а они не просто коллеги по мутному делу, это заметно невооруженным взглядом даже по манере их общения. Острый, хрупкий подбородок щуплого парня Тима похож на фарфоровую чашечку для эспрессо, в то время как Раф…
– Мы банда, – пожимая плечами, заключает Тим. Звучит почти серьезно. И с тем же серьезным видом он, будто решая поломанный программный код, слишком трепетным жестом поправляет воротник Лизиной кофты.
