Постойте-ка, я не хочу оставаться с Романовым наедине. Особенно в роскошной тачке. Не дай бог обивку испачкаю или что.
– А меня подвезти не хочешь, раз машину забрал?
Тим отрывает красные глаза от ноутбука и достает из рюкзака капли.
– Ты же, как всегда, застрянешь в чебуречной, а нам с Лилей нужно позаниматься.
– Чем? – испуганно выдаю я под тихий смех предательницы Лизы.
– Подготовиться к интервью. Ты сама хотела.
Романов говорит со мной, но я настойчиво смотрю на его шею, спрятанную под высоким воротом темной водолазки. Да, что-то такое я и вправду упоминала, но имела в виду свою территорию. Или хотя бы при свидетелях. Что мы будем делать вдвоем?
– А где… ну… мы делом займемся?
– У меня. – Раф смотрит на часы. – Ладно, в четыре на парковке.
И, махнув всем на прощание рукой, уже теряется в толпе, пока я успеваю лишь дважды моргнуть, но не сказать ему, что боюсь высоты достаточно, чтобы не захотеть подниматься в пентхаус. Хотя мне ни разу не приходилось проверить, так ли это.
– А Тим когда приедет? Мы не помешаем? – примерно в половине пятого, с опаской переступая порог квартиры Рафа, спрашиваю я с надеждой в голосе.
Простой квартиры даже не в самом новом и модном доме. Даже не в центре. И не на самом высоком этаже под облаками. Которую он еще и с Тимом снимает, как оказалось. Раф, удивив реакцией, долго смеялся надо мной в лифте, когда я не нашла кнопки «пентхаус». Мнусь с ноги на ногу, поглядываю на дверь, которая медленно закрывается за мной и… щелк! Сердце пропускает удар. Ощущаю себя в ловушке. Смотрю на Данила, который, уже разутый, пройдясь по кухне, собирает грязные чашки в мойку, потом на свою обувь – может, сбежать, пока еще могу?
– Он раньше шести-семи дома не появляется, если заходит к друзьям в кафе.
И почему я обо всем этом не спросила, пока мы ехали в простой и не самой новой машине Романова (в тишине и без радио)? Нет, ну серьезно, дорогой она была лет двадцать назад, судя по ее состоянию. А я не то чтобы разбираюсь в машинах, для меня они делятся на черные, белые и остальные. Как выяснилось, Раф забрал свой подуставший бэтмобиль со штрафстоянки, – а это первое и единственное, что он мне сказал, когда встретил после пар. Учитывая, что он вроде как самостоятельно зарабатывает деньги, чего я от него совсем не ожидала, неужели окажется, что и на Мальдивах раз в три месяца он не отдыхает?
По дороге сюда кто-то, кстати, умудрился сделать наше фото в тачке, и теперь все окончательно убедились, что мы вместе живем, – не знаю, где здесь логика, но о'кей. Я даже как будто смирилась. Ну а что? Меня убеждают в этом вторую неделю. Уже и я им верю – так проще, чем все отрицать.
«Хотела бы я жить хотя бы на коврике у квартиры Дани…» – пишет какая-то «Дурочка с переулочка», сообщение которой всплывает на экране, потому что я снова включила уведомления, и заставляет меня замереть на месте с улыбкой. Но следом прилетает фотография, где я стою у деканата с Лизой и ее мамой, и тут же в мою сторону снова выливается ведро помоев. Ведь всем известно, что я учусь на дизайнера только благодаря отношениям с Романовым. Которого тут же боготворят и облизывают, разглядывая тонко очерченные кубики на снимках с его тренировок. Совсем ни стыда, ни совести нет!
– Заходи, не бойся.
Раф возвращается, сделав по квартире круг, и говорит без особых эмоций, привалившись плечом к стене рядом со мной. Я оживаю. Тут же блокирую телефон, чтобы не увидел, что тоже пялилась на него, и хмуро, под стать ему, смотрю в ответ.
– Я не боюсь, – заявляю со всей смелостью, на какую способна (пусть и вру).
Отправляю пальто на вешалку у входа, без рук пытаюсь снять сапоги и, конечно же, путаюсь в ногах, но делаю вид, что так и задумано. Если Романов и смеется надо мной, то глубоко в душе, потому что его глаза остаются холодными, как воды Северного Ледовитого океана. Осторожно, на цыпочках ступаю по теплому полу и бегло осматриваюсь по сторонам. Взгляд цепляется за женскую косметику, разбросанную на журнальном столике, и я невольно приподнимаю брови.
– Это Лизина, – не оправдываясь, комментирует он.
– Я ничего такого не имела в виду, – добавляю быстро, чтобы вдруг не подумал, что мне интересно.
И пока он сгребает косметику в плетеную корзинку, я в темпе огибаю диван. Если сяду, то Раф решит присоединиться ко мне, и мы будем находиться очень близко друг к другу. А мне не хотелось бы. Нужно для начала привыкнуть. Даже к мысли, что мы вдвоем. А я не на своей территории, и это что-то новое и… волнующее? Да, наверное. И Раф не то чтобы страшный, но в какой-то степени пугающий. Потому что невозможно понять, что у него на уме. Мне кажется, он любит и ненавидит с одинаковым выражением лица.
– И как вы познакомились? С Тимом? – подойдя к холодильнику и читая заметки на стикерах, спрашиваю я. Там ничего особенного: номер хозяйки квартиры, даты, до которых нужно оплатить воду-газ-свет, чье-то расписание пар и все в таком духе. – Не подумай неправильно, просто вы совсем не похожи. Не могу представить, как…
