Все эти распри и раздоры тянулись целых десять лет. Я продолжала жить с родителями, загруженная работой до предела. И только когда младший сын пошел в среднюю школу, мать с отцом наконец-то объявили, что возвращаются в родной город. Я вздохнула с облегчением.
В 1974 году (49-й год эпохи Сёва) я освободилась из «плена». И к тому времени уже стала опытным, востребованным врачом. В мою жизнь вернулись семья и воспитание детей, оба моих сына как раз были в расцвете пубертатного возраста. После работы я вскакивала в поезд, заглядывала в мясной, рыбный, овощной магазины, возвращалась домой и готовила ужин. Так и жила — бегая между больницей и домом с кучей продуктов. На работе гонка продолжалась: я была лечащим врачом десятков пациентов. Когда мне предстояло ночное дежурство, я готовила жаркое или рис с карри на два дня, утром звонила из ординаторской и по телефону будила сыновей. Когда день перед вступительными экзаменами в старшую школу совпал с ночным дежурством, я забрала сына с собой, чтобы он переночевал в ординаторской, так как боялась опоздать, а утром отвезла его из больницы в школу.
Тем временем муж продолжал шататься по барам. Когда он был пьян, у него появлялась неприятная привычка — поймать меня и детей и часами читать разные «проповеди»… Но и это я долго терпела. Только когда мне совсем надоело, я написала то самое заявление о разводе и грозно сказала: «Если не будешь вести себя как следует, я от тебя уйду». Муж тогда начал извиняться: «Прости, ну прости!» — и после этого некоторое время раскаивался, покупал нам торты, пытался исправиться. А через несколько месяцев все повторялось… Я махнула на него рукой и, как уже говорила, решила: главное — мир в семье и здоровье детей.
Может быть, моя решимость передалась сыновьям, потому что они выросли достойными людьми и смогли «встать на крыло».
После окончания войны и до наших дней Накамура Цунэко-сенсей преодолела много испытаний, но свою жизнь прожила достойно. В последней главе, я, Окуда Хироми, до сих пор выступавшая в качестве стенографа, хочу тоже немного поговорить с вами. Я расскажу обо всем, чему научилась у сенсея.
Я тоже врач-психиатр, и не пришла бы в эту профессию, если бы не сенсей. Впервые мы встретились в больнице префектуры Нара. В моей памяти очень свежо воспоминание о Цунэко-сенсей, которая в белом халате сидела на краешке стола, а вокруг нее толпилось несколько врачей-мужчин.
В то время я стояла на распутье. Я готовилась стать врачом хосписа, получить специальность, которая тогда была необычной, но вскоре у меня появился ребенок, и мне пришлось уйти с основной работы. Ежедневные «битвы» на поле воспитания ребенка, бесконечные проблемы в семье приводили меня в уныние, к тому же я постоянно размышляла, каким врачом стану и как дальше жить. Временную подработку я нашла в доме для престарелых, пристроенном к психиатрической больнице.
В один из дней Цунэко-сенсей неожиданно сказала мне:
— А что, если вам попробовать стать психиатром? Психиатрия вам подходит.
— Врачом-психиатром? Я? Неужели я смогу?
— Конечно, сенсей, у вас все получится. И еще. Если работать врачом, когда воспитываешь маленького ребенка, то профессия психиатра лучше всего. Любой опыт в жизни человека пригодится, ничего не бывает бесполезного. Я поговорю о вас с главным врачом, доверьтесь мне.
Сенсей выполнила обещание, все тут же решилось, и началась моя переквалификация в психиатра. Я ходила как привязанная за сенсеем, все время искала ее глазами.
Я и сейчас восхищаюсь ею. Самое тяжелое время войны и послевоенный период, когда всем приходилось мириться с лишениями, она пережила, полагаясь только на свои силы. Стала врачом, вышла замуж, работала до изнеможения, не имея ни минутки на жалобы. Слушая рассказы сенсея, я будто смотрю увлекательную драму. И почему-то все мои проблемы кажутся маленькими-маленькими. Появляется ощущение, как будто я могу все что угодно!
Когда я встречаюсь с сенсеем и мы начинаем разговаривать, мне легко верить в лучшее. Я особенно хорошо запомнила несколько ее фраз.
«Если жить спокойно и размеренно, все потихоньку наладится».
«Если вы едите досыта, спите в безопасном месте, а работа дает вам возможность вести минимально нормальную жизнь, то все будет хорошо».
«Если что-то не складывается, не тревожьтесь так сильно».
Эти слова сенсея напоминают мне, что из-за недопонимания между людьми не стоит постоянно переживать, а печаль, уныние и одержимость недостижимыми идеалами довольно бесплодны. Просто таковы наши изобильные времена, мы обостренно воспринимаем даже то, что не стоит особого беспокойства. Я сама каждый раз, когда попадаю в жизненный тупик и разочаровываюсь, как будто слышу слова: «Ничего, все как-нибудь сложится». И как ни странно, они вселяют в меня мужество. Я готова попробовать еще раз. Я не сдамся!
