Черри отступила, любуясь своей работой. Пиа выглядела так, словно сошла со страниц волшебной сказки.
– Отличная работа, Черри! Цирк прибыл. Разберешься с ними. Я только нагрубить могу. – Лорна открыла дверцу стойла. – У меня уроки на верхнем поле, поэтому они могут занять манеж.
Сердце Черри учащенно билось, когда она вела Пиа к группе людей в манеже. Они выглядели как персонажи из телика. Из музыкальной программы «Самые популярные». Девочки, толпившиеся вокруг Лорны, переместились к ограде манежа и наблюдали за происходящим, цепляясь за верхнюю рейку и выпучив глаза.
Вперед вышел парень с кудрями почти до плеч, в зеленых брюках клеш и рубашке из марлевки, наполовину расстегнутой.
– Я Майк, – представился он. – Фотограф. И водитель. И художественный директор. – Он рассмеялся, и Черри сразу же расслабилась; на нем были темные очки, но когда она пожала ему руку, то увидела, что он ненамного старше ее, может на год или два. – Это Алуэтт, наша модель. Она поедет на лошади.
– Ты умеешь ездить верхом? – спросила Черри, глядя на девушку.
Алуэтт была в шелковом свадебном платье с высоким воротом, босая и с большим количеством косметики: очень сильно накрашенные глаза и блестящие губы. На голове облако из кудрей такого же цвета, как грива Пиа.
– Да, конечно, – ответила она с лондонским акцентом, несмотря на экзотическое имя. – Мы всегда ездим верхом на каникулах.
Черри слышала это бессчетное количество раз. И никто из тех, кто так утверждал, не умел ездить верхом.
– А это Пам. Она отвечает за макияж и прическу.
Пам, с ярко-красными волосами, подстриженными под мальчика, в тунике с узором пейсли поверх замшевых шорт, весело улыбнулась Черри и махнула щеткой для волос:
– Боюсь, я никому жизни не дам. На этой жаре придется поправлять макияж каждые две минуты.
– Хорошо. И каков план? – Черри была в сомнении: непохоже, что они хотя бы немного разбираются в лошадях.
– Мне нужно сделать несколько фото Алуэтт на лошади, – объяснил Майк. – Для обложки альбома, а вокруг будет куча иллюстраций. Хочу, чтобы это выглядело, будто она выезжает из заколдованного леса.
– Понятно, – произнесла Черри и нахмурилась, когда Алуэтт закурила самокрутку и ветер донес до нее пьянящий, пряный запах.
– Кто-нибудь хочет? – спросила Алуэтт, протягивая сигарету. – Мне нужно успокоиться перед тем, как начнем.
– Не курю на работе, – сказал Майк, доставая огромную камеру из чемоданчика, стоящего у его ног.
Пам взяла сигарету и, смеясь, затянулась.
– Не возражаешь? – И протянула Черри.
Та покачала головой. Ей очень хотелось попробовать, но она отвечала за Пиа.
– Может, позже, – ответила она с улыбкой, словно отказываться от марихуаны было для нее повседневным делом.
Наконец все было готово. Пам нацепила на голову Алуэтт венок из цветов и наложила еще один слой блеска на ее губы.
Алуэтт с вытаращенными глазами стояла перед Пиа.
– И как, по-вашему, я на нее взберусь?
– Я помогу, – сказала Черри, протягивая руку.
Алуэтт посмотрела на нее с неодобрением и затянулась следующей сигаретой.
Черри вздохнула:
– Хорошо, воспользуемся подставкой.
Она подвела Пиа к подставке и не давала ей двигаться, пока Алуэтт наконец не удалось сесть в седло и взять поводья. Она сжимала их так сильно, что побелели костяшки пальцев.
– Где именно ты ездила верхом? – спросила Черри.
– В Блэкпуле, – дерзко ответила Алуэтт.
– Значит, на осликах?
– Какая разница?
– Я не смогу отпустить страховочный повод, – прошептала она Майку. – Эта лошадь не для новичка. Она с норовом.
– Агент поклялся, что Алуэтт опытная наездница.
– Она и понятия не имеет, как ездить верхом.
– Лошадь намного выше, чем я привыкла! – вопила Алуэтт, дергая поводья каждый раз, когда Пиа шевелилась. – Она понесет.
– Я удерживаю ее, – сказала Черри.
– Нельзя, чтобы ты попала в кадр, – заявил Майк.
– Я не отпущу ее, – покачала головой Черри, похлопала Пиа по шее, погладила бархатистую шерсть.
Черри чувствовала, что лошадь беспокоится. Пиа не любила, когда ее заставляли стоять неподвижно. Она была рождена, чтобы летать по полям и перепрыгивать через каменные ограды. Она нервничала, танцуя на месте. От стресса, толпы людей вокруг и идиотки на спине Пиа бросило в пот. Черри ощутила это задолго до того, как Пиа взяла бы дело в собственные копыта и сбросила бы модель со спины.
– Алуэтт, – начал Майк, – если ты расслабишься на минуту, лошадь тоже сможет расслабиться. Чем скорее мы завершим съемку, тем скорее ты сможешь спуститься.
– Я не могу расслабиться, – захныкала модель. – Я чертовски напугана. Эта тварь сумасшедшая.
– Она не сумасшедшая! – отрезала Черри. – Ты ее нервируешь. Ты сжимаешь ее ногами и слишком сильно натягиваешь поводья. Она не знает, что делать.
– Я пытаюсь не упасть.
– Освободи поводья и расслабь ноги! Тогда она будет стоять неподвижно. – У Черри заканчивалось терпение.
Майк в отчаянии ерошил волосы:
– Это безнадежно. Хватит! Слезай, Алуэтт!
Черри наблюдала, как Алуэтт склонилась к шее лошади и перекинула ногу через седло, потом сползла на землю.
– День потерян. – Майк бросил на нее гневный взгляд.
