– Привет, Майк. К вам визитер.
Когда она подошла к двери смежной комнаты, Майк отвлекся от своего верстака, и Бетти сказала ему:
– Я не понесу его туда к опилкам и стружкам.
– Кто тебя об этом просит? – Он медленно подошел к ней. Затем, посмотрев на ребенка в ее руках, он потер его ручонки указательным пальцем, а когда ребенок ухватился за палец, его лицо просияло, и, взглянув на Бетти, он сказал:
– Он всегда делает это. Он так со всеми?
– Нет, нет, – не моргнув глазом солгала она, – со мной он никогда этого не делает.
– Ну-ну. Смотри-ка! Он растет не по дням, а по часам, верно ведь? – Майк двинулся теперь к большому кожаному креслу, стоявшему у окна, и, когда опустился в него, вытянул руку, сказав:
– Дай подержать его.
Положив ребенка ему на руки, Бетти уселась напротив и стала слушать, как Ремингтон-старший разговаривает с ним.
– Ну, молодой человек! Ты, наверно, будешь умельцем, и знаешь что? Как только ты начнешь ходить, ты придешь в эту комнату рядом. – Он кивнул в направлении мастерской. – Я дам тебе в руки нож и научу тебя строгать раньше, чем ты начнешь говорить, и, если я хоть что-то смыслю в этом, ты вырастешь и станешь таким, как твой тезка прадедушка, по крайней мере кое в чем. – Затем он посмотрел исподлобья на Бетти и, смеясь, добавил: – Мой отец был человек осмотрительный. Но парень что надо. В моем возрасте он либо сидел за стаканом, либо гонялся за девушками или же бегал от моей матери, поскольку она преследовала его и часто была готова убить на месте, если бы поймала. – Он закинул назад голову и стал смеяться, а затем спросил:
– Ты видела кого-нибудь, с таким рвением относящегося к ребенку, как наш Джо?
– Да, видела.
– Правда?
– Да, правда, Майк; вот и я так же отношусь к нему.
Он не отводил от нее взгляд, когда после этого замечания воцарилось молчание, а когда он вновь заговорил, в его тоне не было шутливости.
– Хочу тебе кое-что сказать. Когда ты впервые принесла его сюда и я увидел его у тебя на руках, я подумал про себя: это должен быть ее ребенок, она потеряла в себе мать.
– О, Майк! – Теперь она была уже на ногах и, повернувшись к нему спиной, смотрела в окно. – Не нужно говорить такие вещи.
– Почему же, девочка?
– Потому что, – Бетти быстро повернула голову в его сторону и снова взглянула на него, – они причиняют боль.
– Я не хотел причинить боль. Я лишь говорю, девочка, что ты теряешь себя; тебе следовало быть замужем и иметь собственных детей.
– Все зависит от случая.
– Тогда скажу, что кругом – полные идиоты.
– А если я не хочу замуж?
– Если ты скажешь об этом кошке, она выцарапает тебе глаза. Любая женщина хочет замуж.
– Ничего подобного. – Теперь она вновь стояла перед ним. – Десятки, сотни женщин не хотят вступать в брак, как, впрочем, есть и мужчины с подобными настроениями.
– Тогда они не совсем нормальные.
– По вашему образу мышления, возможно, это и так, но факт остается фактом.
– Ты хочешь сказать, что ты – одна из них?
Она поперхнулась, прежде чем ответить.
– Нет, я не одна из них.
– Значит, ты хочешь замуж?
Каким бы ни был ее ответ, Бетти не пришлось давать его, так как раздался слабый стук в дверь, и, когда она сказала «войдите», дверь быстро отворилась, не менее быстро комнату пересекла Элла и громким шепотом произнесла:
– Здесь… здесь леди Эмберс. Она пришла; спрашивает вас. Я… я сказала, что вы наверху, а когда я пришла туда, вас там не было. А госпожа велела мне пригласить ее наверх, и она сейчас с госпожой. Я… я подумала, что нужно сказать вам.
– Спасибо, Джейн. Спасибо. Я сейчас спущусь.
– Леди Эмберс. Ну и дела! Наши акции повышаются. Это ведь та старушка, которая хочет, чтобы ты была с ней?
– Да, это она.
– Видимо, она пришла за ответом. Что ты намерена делать?
– А как вы думаете? – Бетти взяла ребенка у него из рук, и, когда быстро пошла к двери, Майк крикнул ей вслед:
– Не смей. Слышишь?
Она не ответила, а заспешила вниз по лестнице и направилась в спальню, на мгновение остановившись, прежде чем открыть дверь и войти в комнату.
Леди Эмберс сидела напротив Элен. Она тотчас улыбнулась ей.
– А! Вот и вы. С ребенком на руках. Это вам идет. Почему не приходите ко мне? Я писала вам; вы разве не получили мое письмо?
– Получила и ответила на него.
– Но я не получила ответа. Возможно, он не был послан отсюда или если и был, то был перехвачен на том конце; никому нельзя доверять. Дайте мне взглянуть на него.
Когда Мэри Эмберс вытянула морщинистую шею из своего норкового палантина, Бетти, вместо того чтобы нагнуться к ней, сказала:
– Думаю, лучше будет, если мать похвастается им сама, – и поместила ребенка на колени Элен. Однако ее тактичность не смягчила выражения лица сестры. Она видела, что Элен заведена, и ей легко было догадаться чем, так как леди Мэри, как она считала, является специалистом по доведению людей до такого состояния.
