Спроси Андреа полностью

Когда он открыл водительскую дверь «Киа», я прошмыгнула мимо него и устроилась на пассажирском сиденье. В полумраке гаража на верхушке аккуратно сложенных коробок сидел Оскар и водил хвостом туда-сюда.

Джеймс, он же Джейми, через блютуз подключил телефон к машине и стал подпевать последнему припеву песни Sweet Sixteen Нила Седаки, когда мы отъехали от дома и направились на восток, в сторону Денвера.

Я изучала его лицо в поисках тревожных признаков. Чего-нибудь, что могло подсказать Николь не оставлять свой стакан без присмотра. Ни на секунду не отводить от него взгляд. Не доверять точеной, четко очерченной линии подбородка или доброй улыбке.

Но ничего не было. Не сейчас.

Прошла ровно неделя с тех пор, как он оказался на моем заднем дворе, где поджидал меня. И почти год с тех пор, как я в последний раз ответила на его звонок.

Я и представить не могла, какую цену заплачу за то, что отвергла его.

Видимо, эта небольшая коробочка «Тик-Так» была ценой, которую Николь предстояло заплатить за то, что она пригласила его в свою жизнь.

Ценой за надежду на то, что он может оказаться тем самым.

Были ли другие люди, которые, как и я, заплатили эту цену? Другие женщины, которые отказали ему? Или те, кто понимал, что не хочет иметь с ним ничего общего лишь тогда, когда становилось слишком поздно?

Я заставила себя сосредоточиться на дороге и сдержала бурлящую внутри ярость.

Ни к чему было тратить эмоции впустую.

Настоящее

В нашем доступе оказалось семьдесят два часа видеозаписей.

Кен вынул карту памяти и вставил ее в специальную флешку на своем брелоке.

– Хорошо, что вы пришли сегодня. Цикл работы камеры семьдесят два часа. Здесь много материала. Если не успеем просмотреть все, я запишу вам копию. – Он бросил взгляд на дверь в маленький офис, и я поняла: он размышляет, что по поводу передачи копии записей с камер скажет Дон, владелец. Дон на все отвечал «нет». К счастью, он редко бывал в кофейне.

Кен нажал кнопку «резервное копирование» на камере, в результате чего на его телефон поступил сигнал. Тогда я пожалела, что не могу обнять его.

Через несколько минут он нажал на воспроизведение. 8:00 утра в пятницу, когда я пришла на работу. Они с мамой внимательно наблюдали, как я, быстро шагая и не отрывая взгляда от экрана своего телефона, появилась на восточном краю парковки. Я улыбалась, просматривая какое-то видео или мем, который сейчас не могла вспомнить. Это был обычный день. Счастливый. Последний день, когда мне предстояло работать в утреннюю смену перед своими первыми выходными в университете.

После того как я появилась в кадре и вышла из него, Кен проматывал запись дальше. Каждый раз, когда машина въезжала на парковку или сотрудник выходил из здания, он нажимал кнопку воспроизведения.

– Вот он! – закричала я, когда на экране в дальнем конце парковки появилась синяя «Киа». Запись остановилась, а я попыталась успокоиться. – Это он, – снова прошептала я, когда видео возобновилось с нормальной скоростью.

– Вот он, – повторил за мной Кен. – Тот постоянный клиент, о котором я вам рассказывал.

Джеймс зашел в «Дейли Гринд» и через несколько минут вышел, держа в руках стаканчик горячего шоколада. Мама нахмурилась, когда он снова сел в машину и уехал.

– Не хочу отнимать у тебя время, потому что знаю, тебе нужно работать. Я просто подумала, возможно, ты заметишь что-то необычное. Можешь промотать на конец ее смены? Она должна была уйти около четырех.

Кен кивнул и продолжил просматривать кадры в ускоренной перемотке. Машины то появлялись, то исчезали. Прибыла почта. Пара старшеклассников целовались перед своей машиной. Стая чаек опустилась на землю, чтобы полакомиться остатками выброшенного кем-то бублика.

Снова появилась синяя «Киа», она подъехала к самому краю стоянки. На этот раз из машины никто не выходил.

Как только я это увидела, разволновалась настолько, что у Кена выключился телефон. Моя мама тут же запаниковала.

– Он выключился? Запись исчезла?

Кен разочарованно покачал головой и нажал на кнопку «Home» на своем телефоне.

– Нет, у меня есть резервная копия. Думаю, дело в размере файла. – Он нахмурился, глядя на черный экран.

Как только телефон перезагрузился, в дверь постучали, и в комнату вошла миниатюрная брюнетка, которая начала работать за неделю до этого, – Элисон.

– Э-э… там довольно людно… может, позвонить Дону, чтобы он взял кого-то еще или… – Она мило улыбнулась, и Кен покраснел.

– Нет, не надо. Я выйду через секунду, хорошо? – сказал он, бросив на мою маму извиняющийся взгляд.

Я не винила его, ведь было почти восемь. И все-таки я изо всех сил попыталась ударить Элисон дверью, когда она уходила. Но безуспешно.

– Ты мне очень помог, – сказала мама. – Иди работай, а я посмотрю дома. – Она встала и отвернулась, желая скрыть слезы, но ее выдал голос. – Я просто чувствую ужасную беспомощность. Как будто ничего не могу сделать, а запись хоть как-то поможет.

Кен неловко похлопал ее по плечу.