– Я тогда училась во втором классе средней школы, мы втроем шли из храма Сэнсо-дзи, там был праздник. Я шла впереди. Вдруг сзади на огромной скорости подлетела машина, и папа внезапно оттолкнул меня. Я вообще не поняла, что произошло, а когда оглянулась, мама и папа уже лежали на земле, истекая кровью.
Закончив молитву, Мадока посмотрела в сторону реки Сумида.
– Тут же с водительского сиденья выскочил мужчина, подбежал к ним. Сказал мне, что вызовет скорую. Фары светили мне прямо в глаза, поэтому я не разглядела его лицо, но в его дыхании точно чувствовалась примесь алкоголя. Мужчина снова вернулся в машину. Я сразу подумала, что, возможно, он собирается сбежать, но, так как переживала за родителей и не могла побежать за ним, я постаралась запомнить номер машины.
Ее слова казались такими вымученными, что Кацураги даже поддакивать не мог.
– Папа и мама истекали кровью и даже ни разу не открыли глаза. Я все время обнимала их, но с каждой секундой тела становились все холоднее. Их кровь пропитывала мою одежду, но даже она была холодной. Через некоторое время машина преступника вернулась, и я с удивлением подумала: «Ого, значит, он не сбежал!» После этого приехала скорая, и мы с родителями поехали в больницу. В тот момент я заметила, что полицейская машина тоже приехала. Как только мы доехали до больницы, родителей тут же забрали в реанимацию, но… но их не смогли спасти. Они оба умерли, так и не придя в сознание.
Ее тон был совершенно ровным, но именно поэтому Кацураги понял, что она изо всех сил сдерживает эмоции.
– Бабушка забрала меня к себе, и я перестала ходить в школу. Я слышала, что над человеком, который их сбил, ведется следствие, но не знала подробностей. Да и не хотела знать. Он насмерть сбил двоих человек в состоянии алкогольного опьянения – я была уверена, что ему дадут самое жесткое наказание. Но… но они не стали возбуждать дело по статье за нарушение правил дорожного движения, повлекшее за собой смерть. В одно мгновение сложилась история, что мама и папа выбежали на дорогу с тротуара, а водитель не успел избежать столкновения. И ни слова про алкоголь. Я была в шоке, пошла в полицию и рассказала, как все было, но следователь, который вел дело, просто для вида выслушал меня, особо не обратив внимания на мои слова. В итоге преступника осудили только за смерть по неосторожности. Адвокат настаивал на том, что он ехал с разрешенной скоростью, плюс с момента получения водительских прав за ним не числилось ни единой аварии или нарушения, а эта авария стала результатом невнимательности пешеходов. Так что в итоге его осудили на два года и пять месяцев условно. По факту его просто отпустили.
Наверное, до этого она никому не рассказывала таких подробностей. Мадока обессиленно выдохнула, как будто наконец выпустила наружу все мысли и чувства, которые долгое время копились у нее где-то внутри.
Порыв ветра завладел звуками вокруг, рябью на поверхности реки и даже рыданиями Мадоки.
Подождав, когда она вытрет слезы, Кацураги заговорил:
– Я не ожидал такое услышать, но все же услышал… Может быть, ты что-то перепутала насчет того, что водитель был пьян?
– Папа особо не пил, а тут мне прям в нос ударил этот запах. Я уверена, что до начала расследования каким-то образом этот факт скрыли.
На последних словах ее голос немного дрогнул.
«Как же тяжело ей пришлось, – подумал Кацураги. – Настолько, что четырнадцатилетняя девочка решила выбрать профессию юриста».
– Каким человеком был твой отец?
– Он был типичным представителем «травоядных мужчин». Какой-то слабый, все время во всем слушался маму. Но в критической ситуации он всегда защищал нас. Поэтому и в тот день…
Вдруг ее фраза оборвалась.
Кацураги сильно пожалел, что так легко задал этот вопрос. В который раз он уже наступил на мину?
Очевидно, он ударил в ее самое хрупкое место. Если она разозлится на него, это будет справедливо.
«В этот раз лучше не привлекать ее к следствию», – подумал Кацураги, и тут Мадока взглянула на него.
– «Сад наивысшего блаженства» – так же она называется, да? Религия, в которой Учителя уважают больше, чем собственных родителей и предков.
– Да. Последователей, похоже, даже принуждают выбрасывать все алтари и божницы.
– Эту девушку, Кугимию Асуми, обманывают, да?
– Все, кроме нее самой, так думают.
– Это, конечно, не мое дело, но мне кое-что пришло в голову.
Приободрившаяся Мадока снова была прежней бесстрашной девушкой.
– Расскажите мне поподробнее о пропаже тела Учителя.
– Да, конечно, но… прежде не расскажешь мне, кем был человек, сбивший твоих родителей?
– Тогда ему было чуть за двадцать, его зовут Саэгуса Мицунори.
Следующие слова она произнесла с горечью:
– Он был полицейским.
– Когда я прочитала книги Учителя, мое мировоззрение кардинально изменилось.
Услышав такую причину желания вступить в организацию, женщина, проводившая собеседование, улыбнулась с таким видом, будто похвалили ее собственного ребенка.
