И еще более удивительным кажется эффективность кинжала, тем более что во многих письмах указывалось, что это было не боевое оружие, а просто какой-нибудь нож для резки хлеба. Но собственно эта техника в фехтбухах как раз действительно описывается: нужно было резко сократить дистанцию, чтобы длина оружия из преимущества превратилась в недостаток, схватить противника одной рукой, а другой нанести удар кинжалом. Кстати, приемам по бросанию в противника подручных предметов (и уворачивания от них) мастера тоже учили не зря – судя по письмам о помиловании в тавернах то и дело в драках кидались кружками и горшками, а на улице – камнями или просто комьями земли.
Иногда в этих письмах упоминают и случаи, когда стороны были вооружены несколькими видами оружия. Так, один из обвиняемых сначала пытался ударить противника копьем, потом они схватились на длинных ножах, а в итоге он нанес смертельный удар маленьким кинжальчиком, который носил на поясе.
Но в целом таблица показывает, что прав был мастер фехтования Йоахим Мейер: ни одно оружие на самом деле не имеет серьезного преимущества перед другим, главное – уметь его правильно использовать. Кстати, в письмах о помилованиях немало примеров, когда люди с ножом или кинжалом нападают на людей с мечами и алебардами.
И еще одно важное исследование того же Пьера-Анри Баса, уже на основе 700 с лишним писем о помиловании – о том, в какие места ранили чаще всего (речь по-прежнему об уголовных делах, а не о войнах или дуэлях) и каков был процент летальных исходов.
Видно, что чаще всего били в корпус и голову, но вполне логично, что самый высокий процент смертельных ранений – при попадании в живот, бока, шею и грудь. Голову, по-видимому, просто не всегда пробивали, она крепкая.
Впрочем, там разница в процентах не так уж велика, видно, что единственное более или менее безопасное место, повреждение которого приводило к смерти меньше чем в 1/3 случаев, это руки.
В таблице не указано, сразу же наступала смерть или нет, но в целом из этих более чем 700 уголовных дел 553 закончились смертью человека, причем в 60 % случаев они умирали не сразу, а через несколько дней, а иногда даже через месяц, уже от загноившейся раны.
Собственно, эта статистика вполне коррелирует с уже приводившейся по Лондону.
Увы, в Средние века раненые умирали гораздо чаще, чем сейчас, что сильно влияло на показатели смертности.
Однако ведь умирали вовсе не все. Некоторые даже при отсутствии банальных антибиотиков, не говоря уж о других достижениях современной нам медицины, умудрялись выживать с дырой в черепе, с многочисленными рублеными и колотыми ранами, с раздробленной челюстью, поврежденным позвоночником и даже с оторванными или ампутированными конечностями.
Причем на войне процент смертности от ранений нередко был даже ниже, чем в условиях «мирной жизни». Каким же образом и почему?
Во-первых, не будем забывать, что средневековый воин – это не то же, что среднестатистический современный человек, страдающий от аллергии, разбалансированного иммунитета, расстройств ЖКТ, целого букета реальных и надуманных болезней, да еще и депрессующего из-за воспоминаний о том, как ему в возрасте шести лет не купили красивую игрушку. И это я даже не говорю о тех, кто имеет врожденную инвалидность, с младенчества страдали неврологическими или еще какими-то серьезными проблемами со здоровьем, родились недоношенными и выхаживались в боксах и т. д.
Среднестатистический средневековый человек – это тот, кто родился крепким, не умер от детских болезней, не имел никаких аллергий и обладал луженым желудком, способным переварить что угодно. Причем если у представителей высших классов еще могли быть и генетические заболевания, и психические расстройства, то к простолюдинам предъявлялись крайне высокие требования. Человек, переживший половое созревание и вступивший в самостоятельную жизнь, практически гарантированно был здоров телом и духом. Иначе его просто не допустят к активной социальной жизни и уж тем более не позволят размножаться – это за короля дочь отдавали, не глядя, что он сумасшедший, и продолжали оказывать почести, веря в сакральность его власти, а деревенскому дурачку точно ничего в жизни не светило.
Короче говоря, люди попросту были более здоровыми – и это одна из причин, почему они довольно часто выживали после тяжелых ранений. Слабые и с плохим иммунитетом умирали еще в детстве.
Вторым фактором высокой выживаемости после ранений является то, что средневековая хирургия была не так плоха, как принято считать.
