И Филимонов, не дожидаясь согласия Патрушева, вытащил из шкафа его костюм и бросил приятелю прямо в руки.
– Он хотел познакомить тебя с Аткарским? – спросила Лариса.
– Да, – глухо ответил Патрушев.
– И что же, знакомство состоялось в тот же день?
– Да, это произошло как раз там, где мы встретились с тобой за четыре дня до смерти Аткарского. Я сказал что-то типа того, что в восторге от того, как он работает. Что меня зовут Андрей Патрушев, что я астролог и увлекаюсь эзотерикой.
– И какова же была его реакция?
– Аткарский, к моему удивлению, был очень доброжелателен. Он остановился и протянул мне руку.
Я был польщен. И это в моих глазах тогда выглядело явным плюсом – как же, экстрасенс, пусть и местного значения, отнесся ко мне столь доброжелательно!
– А Филимонов присутствовал при этом? – поинтересовалась Лариса.
– Он стоял позади меня и никак не участвовал в этой сцене. Он играл наблюдателя, не более того, и это на него было не похоже. Однако завязавшаяся тогда приятная беседа была прервана нашествием поклонниц Кирилла. Они появились со стороны сцены огромной лавиной и оттолкнули нас от предмета своего обожания. Однако меня это не расстроило: я был вдохновлен тем, как эта необычная личность отнеслась ко мне.
– Потом знакомство было продолжено. Интересно, как?
– Филимонов сунул мне его телефон, я позвонил, напомнил о себе, и Аткарский назначил мне встречу, – ответил Патрушев.
– И она состоялась?
– Да. Мы проговорили около трех часов о различного рода эзотерических делах. Я поражался энциклопедическим знаниям Кирилла, его начитанности и умению связывать теорию с практикой. В конце той встречи он предложил мне стать его учеником.
– Между вами завязались доверительные отношения?
– И да и нет… Как бы это объяснить. Я воспринимал его ., как человека, по своим психическим свойствам близкого к совершенству. Или, – он засмеялся, по крайней мере, как двоюродного брата Мессии.
– Очень интересно! – Выражение лица Ларисы стало сосредоточенно-серьезным.
После произнесенных слов она слегка подалась вперед, прищурила глаза и потянула носом воздух: так принюхивается осторожная собака, стоя перед открывающейся дверью, за которой таится что-то новое и неизведанное. Выглядело это очень комично. Тем самым Лариса предполагала спровоцировать обратную реакцию у Андрея, может быть, даже задеть его и сбить с позиции иронии, когда он продолжит свои размышления. Этот метод не всегда действовал в таких случаях, но на этот раз она добилась своего.
– Ты иронизируешь, – в голосе Патрушева послышались жесткие нотки, – но для меня, несмотря на то что я впоследствии узнал о нем и Ане, его смерть стала самой тяжелой потерей, самым горьким переживанием.
– Да, конечно, – Лариса включилась в настроение, заданное Андреем, и постаралась придать своему голосу оттенок скорби. – Но неужели так мало значила для тебя Аня?
– Мне кажется, я любил ее. Но она самостоятельный человек, и на роль соблазненной и обманутой девушки не подходила.
Патрушев еще немного помолчал, потом добавил:
– Каждый выбирает по себе.
– Очень уж пассивную роль ты отводишь Аткарскому, – заметила Лариса.
– Он всегда был окружен сонмом девиц и женщин, поэтому Аня Давыдова, думаю, сама предложила себя в подружки. По крайней мере, именно так я объясняю их союз. Потом, полагаю, Аткарский ничего не знал о нашей связи.
– Ты уверен?
– Лариса, к чему ты клонишь? – вдруг повысил голос Патрушев. – Я не убивал Аткарского! И ревности к нему у меня никакой не было.
– Я видела тебя тогда в зале «Салюта», поэтому так бы не сказала.
– Это был первоначальный шок, – тут же возмущенно отмахнулся Андрей. – Я перестал переживать на следующий же день.
– И поехал лечить депрессию к другу на дачу? – подхватила Лариса.
– Ну почему мне никто не верит?! – схватился за голову Андрей. – Если даже ты мне не веришь, кто же тогда поверит?
– Ладно, если тебе важно мое мнение, я тебе верю, – прервала его Лариса. – Тем более что алиби твое подтвердилось.
– Да, слава богу, Женька мне помог, – устало вздохнул Патрушев.
– Кто такой Женька? – поинтересовалась Лариса.
– Поэт Евгений Алексеев, – коротко ответил Патрушев.
– Он где-нибудь работает?
– Вообще-то он занят в фирме «Артекстрой», работает там архитектором. Лариса, не смотри на меня так подозрительно! – Патрушев поймал скептический взгляд собеседницы. – Это положительный человек, женат, супруга – учительница.
– Когда ты уехал на дачу?
– На следующий же день после нашей встречи в доме культуры.
– Ты хотел уединиться после того, как расстался с Аней?
– Да, мне необходимо было ощутить нечто вроде гармонии с окружающим миром. Миром природы…
Поэтому я и поехал в это достаточно уединенное место.
И приехал оттуда уже на следующий день после смерти Аткарского. И тут меня арестовали…
– А с Аней Давыдовой ты в это время не встречался?
– Конечно, нет.
– Ладно, давай вернемся к твоим отношениям с Аткарским. Ты назвал его почти Мессией. Неужели у вас шло все гладко и сложились такие необыкновенно чистые отношения?!
Патрушев помолчал, потом поднял на Ларису глаза.
Ей его взгляд показался враждебным и хмурым.
