Главными виновниками провала наступления под Эль-Аламейном Э. Роммель назвал командующего итальянскими вооруженными силами Кавалерро, чьи топливные конвои для армии «Африка» были потоплены или блокированы британским флотом в портах (итальянцы фактически опасались выводить свои танкеры в море из-за активности английских боевых кораблей), а также А. Кессельринга, который не обеспечил доставку воздухом 500 т горючего ежедневно, однако причина была, как потом выяснилось, не в А. Кессельринге, который свою задачу с поставками выполнил, а в подаче горючего с мест выгрузки в Африке к позициям германо-итальянских войск[460].
Э. Роммель отметил высокую эффективность британской авиации, но при этом приведенные им потери германо-итальянской группировки указывают на то обстоятельство, что такое воздействие имело больше психологический характер, итальянцы и немцы потеряли убитыми 570 человек, 1800 ранеными и 570 сдавшимися в плен. Однако ранее в подобных операциях войска Роммеля несли вполне сопоставимые потери. В технике убыль армии «Африка» была не столь велика: 50 танков, 15 полевых орудий, 35 ПТО, 400 грузовиков[461]. По британским данным, общие потери группировки Роммеля составили 4500 человек (из них 300 пленными), на поле боя были обнаружены 51 танк, из которых 42 немецкого производства, и это то, что немцы не смогли эвакуировать. Помимо этого, британцы нашли 30 полевых орудий и 40 ПТО. Британские потери были тоже тяжелыми: 68 танков, 18 ПТО, 1640 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести[462].
Э. Роммель, комментируя причины поражения 30 августа – 3 сентября 1942 г., пишет, что он и его товарищи извлекли важный урок – нельзя наступать при условии превосходства противника в воздухе и его способности наносить удары по наземным целям массами бомбардировщиков. Замечание очень странное для уровня генерал-фельдмаршала[463], который видел, какая участь ждет танковые формации, когда их не прикрывает авиация, во Франции.
Битву за Эль-Аламейн Э. Роммель считал безнадежной для германо-итальянского альянса, что было вызвано проблемами со снабжением, – за первые 8 месяцев 1942 г. оно составило 40 % от необходимого уровня. 9 сентября 1942 г. Роммель предупредил Гитлера о катастрофическом положении армии «Африка» со снабжением. У группировки Роммеля были только 210 танков немецкого производства, из которых только 38 имели орудия 75 мм, и 300 морально устаревших итальянских танков, однако Роммель находился в обороне, когда Монтгомери предстояло наступать на открытой местности, когда большее значение для обороняющихся имели не танки, а ПТО (об артиллерийской мощи своей армии Э. Роммель в своих записках не упоминает). Танков у Монтгомери имелось не так много для операции такого масштаба – 1029 штук на начало британского наступления под Эль-Аламейном[464].
По данным ОКВ, положение армии «Африка» не было таким тяжелым, как его рисует в своих записях Э. Роммель. Сухопутные части группировки только с немецкой стороны насчитывали 82 000 человек, 11 400 грузовиков, 1200 орудий более 40 мм. Помимо этого, наземные силы люфтваффе насчитывали 12 000 человек, 3400 грузовиков, 70 систем ПВО свыше 40 мм. К ним надо добавить еще 1500 моряков при 150 грузовиках. Итальянцы (без сил ПВО и ряда других частей) насчитывали 48 000 человек при 2500 грузовиках и 800 орудий свыше 40 мм[465] (к началу Битвы под Эль-Аламейном численность итальянских войск немного увеличится).
Главной проблемой итальянской армии была растянутая во времени и достаточно запоздалая модернизация. Муссолини имел амбициозный план перевооружить 33 дивизии своей армии к началу 1943 г. Но к ноябрю 1942 г. стало очевидно, что этому плану не суждено осуществиться. Из 20 итальянских дивизий действующей армии 9 находились в СССР, остальные – в Северной Африке. Такое положение перестало устраивать дуче осенью 1942 г., когда он предложил Гитлеру невероятный и ошеломивший лидера нацистов план – заключить мир с СССР и переключиться на войну с англо-американским альянсом. Муссолини (точнее его разведка) располагали данными, что американцы и англичане наметили на 1943 г. крупное наступление в Европе. 18 декабря 1942 г. дуче лично на встрече в Вольфен-шанце призвал Гитлера искать формулу нового Брест-Литовского мира[466] (в посредники Муссолини предлагал Японию). Однако сам дуче признавал, что найти такую формулу будет очень сложно, поэтому он предложил запасной вариант – оставить на Востоке ровно столько войск, сколько необходимо для обороны, а на Западе создать крупную группировку. По сути, это был план Людендорфа времен Первой мировой войны, но только СССР не был Российской империей. Гитлер вежливо и в расплывчатых тонах отклонил проект «нового Брест-Литовска» Муссолини.
