Само сопротивление осенью 1943 г. было представлено примерно 25 000 комботантами, которые были в основном военными, спасавшимися в лесах от перспективы попасть в немецкий лагерь для военнопленных или на Восточный фронт. Летом 1944 г. во всей Италии было приблизительно 80 000 партизан[543], из которых только 15 % были до войны действительно антифашистами[544] (преимущественно коммунисты). Все партизанское движение делилось на три бригады, которые фактически возникли после 9 сентября 1943 г., это были: бригада «Гарибальди» (коммунисты), бригада «Giustizia e Libertá» (партия активистов), бригада «Matteotti» (партия социалистов)[545]. Но основу сил Сопротивления практически до весны 1944 г. составляли бывшие итальянские военные, которые часто не разделяли марксистских взглядов. Никакого мощного вооруженного коммунистического подполья, готового взять власть в Италии в ходе крушения режима Муссолини в Италии, не было, оно существовало, судя по всему, только в воображении У. Черчилля. Даже попытки CLN взять власть в Риме и Милане 9-12 сентября 1943 г. провалились, в силу отсутствия достаточных ресурсов, в первую очередь вооруженных бойцов[546].
Идея У. Черчилля, что антифашистское движение в Италии пропитано духом коммунизма и будет способствовать в случае падения королевской власти переходу страны под контроль Кремля, появилась во многом в результате отчетов британской разведки, отчеты эти страдали искаженными выводами[547]. Италия в этом смысле не была каким-то исключением. Британская разведка до войны преувеличила мощь люфтваффе, что стало фатальным для западных союзников в 1940 г. Незначительно уступавшая британской французская разведка то же самое сделала в 1938–1939 гг. в отношении оценки потенциала германских сухопутных сил.
Важной причиной решения У. Черчилля все-таки, вопреки мнению американцев, провести десантную операцию в Италии был флот последней. Премьер-министр очень опасался того, что итальянские боевые суда попадут в руки к немцам[548], и в таком случае возникла бы реальная угроза для всех коммуникаций в Средиземноморье. Кроме того, под контроль немцев в таком случае попадали судоремонтные и судостроительные верфи Италии, обладавшие крупным потенциалом по строительству ужасных океанских подводных лодок, с особо крупным водоизмещением, а также не менее ужасные итальянские субмарины-малютки, против которых были практически бессильны глубинные бомбы (в этой связи А. Шпеер особо интересовался итальянским судостроением).
В случае с боязнью У. Черчилля коммунистической революции в Италии есть важное противоречие. Практически до лета 1944 г. правые, то есть лояльные Лондону, а не Москве, вооруженные формирования итальянцев не получали от западных союзников достаточного оснащения. Партизанское движение в Италии в конце 1943 г. почти разделило судьбу итальянских дивизий, оказывавших сопротивление вермахту и СС, оно получило слабую поддержку со стороны Д. Эйзенхауэра и союзного командования в целом. Причиной такого отношения западных союзников к итальянским партизанам было то, что все три бригады являлись боевыми структурами партий, которые принципиально отказывались признавать короля и нового главу правительства Италии Бадольо после их бегства из Рима, левые прямо считали, что король фактически отрекся этим актом от престола. Многие итальянские резистенты смотрели после 9 сентября 1943 г. на Бадольо как на дезертира. Западные союзники сбрасывали оружие и боеприпасы только в тех зонах, где действовали партизанские отряды, однозначно лояльные им. Но У. Черчилль так держался за политическую фигуру короля, что запретил радиовещание антифашистского конгресса в г. Бари в феврале 1944 г., где практически все авторитетные в стране политики требовали отречения короля, что означало требование ликвидации режима маршала Бадольо (одним из обвинений в адрес маршала было то, что именно он разрабатывал планы вероломных нападений на Эфиопию и Грецию). И чем дальше У. Черчилль продолжал поддерживать режим маршала, тем больше симпатий итальянцев оказывалось на стороне КПИ и вообще левых.
Сама Коммунистическая партия Италии в 1943 г. была слаба, как мы сказали выше. Итальянские спецслужбы подавили коммунистическое движение к тому времени, и большинство итальянских коммунистов находились в изгнании либо в тюрьмах. Британские спецслужбы не могли не знать об этом. Но почему же У. Черчилль так боялся победы коммунизма в Италии? Американское высшее командование верно увидело истинную причину операций против Италии в 1943 г. – установление британского контроля над страной. Однако главной целью У. Черчилля была не сама Италия, но все Средиземноморье, за которое он опасался, с точки зрения потери Британией здесь своих позиций ввиду возможного прорыва на Балканы Советской армии.
