Совет сегодня был как шёлковый! Вместо обычных пафосных нравоучений тишь да гладь, да божья благодать, плюс, невероятная покладистость. Элан, направляясь к своему месту, подмигнул Афалии, одной мимикой сказав девушке большое человеческое спасибо. Именно она нажала на нужные рычаги, а те оказали самое благотворное влияние на «старцев». В иной ситуации руксостав устроил бы эволэкам и кураторам натуральный допрос, пытаясь докопаться до причины, толкнувшей лидеров Каланов на групповое погружение: то, что великолепная пятёрка будет решать единую задачу, не вызывало ни малейшего сомнения. Но вот, какую? Задать вопрос в открытую никто не решился, отец Афалии недвусмысленно намекнул руководству ИБиСа, что мешать ребятишкам не стоит, а идти против просьбы генерал-губернатора желающих не оказалось. Всё, что оставалось — это тихо беситься, и Миненков был зол, как матёрый сержант учебной дивизии, у которого отобрали взвод зелёных салаг, лишив долгожданной потехи. Он даже не задал вопроса, а как Элан собирается работать в двух Эфирных мирах одновременно? Ведь Деилес предназначался для Мосема, а Лесавесима нет! Просто не подумал…
Последней на красную дорожку ступила Ханнеле, единственный из практикующих ныне эволэков, кто не сменил имя после первого погружения. Она оставила старое, но в память о своей землячке, тоже эволэке. Её куратор Доброходова Людмила Ефстафьевна, чуть ли не самый опытный работник своей профессии, но девочка была её последней подопечной: годы тяжёлого труда уже давали о себе знать. Она сопроводит ещё два Контакта, включая предстоящий, и с заслуженными почестями закончит свою карьеру.
На стол председателю лёг ещё один контракт.
— С вашего разрешения, Константин Иванович, мне бы так же хотелось поработать над собственным дитём, — зардевшись до кончиков волос, выдавила девушка.
Её куратор была абсолютно спокойна (сколько раз уже участвовала!) и, видя практически предобморочное состояние эволэка, взяла инициативу в свои руки:
— Господин председатель, — тон официальный, — это практически повторяет проект Иригойкойя. Они будут работать на одной матрице, но задачи разные. Моя подопечная создаёт существо, назвали Хилья, для длительных полётов.
Проектор показал существенное отличие от предыдущей модели. Действительно, теперь разница была видна невооружённым глазом: Лесавесима была явным спринтером. Они похожи, но как брат похож на свою сестру-близняшку, не более того, хотя, и не менее. Длиннее по всем размерностям, и с большим размахом крыла, сразу было понятно, что упор делался на достижение крылом максимальной подъёмной силы и способность длительное время находиться в воздухе.
Имя будущая владычица ветров так же получила не случайно, унаследовав его от легендарной женщины-эволэка. Именно женщины. Хилья прошла очень необычный путь, сначала работала куратором в ИБиСе, а уже потом эволэком, до неё, и после, поступали как раз наоборот. Своё первое погружение она выполнила в тридцать два года — возраст для Контакта небывалый! Тем не менее, все три задания она выполнила блестяще, и снова вернулась к заботам о молодёжи, получив свой собственный, а потому бесценный, опыт, позволивший гораздо глубже понять все сложности работы подопечных.
Миненков, подмахнув бумаги не глядя, поднялся, всем видом давая понять, что необычное заседание подошло к концу и, не дожидаясь реакции остальных членов Учёного Совета, из последних сил сдерживая рвущиеся наружу эмоции, покинул зал первым. Следом, так же довольно поспешно, удалились и прочие профессора. Никто не следовал традиции, не поздравил эволэков и кураторов с утверждением проектов, в атмосфере сухими ветками потрескивали раздражение и обида: глава института явно провёл «предполётный инструктаж», и многие восприняли поступок молодёжи как личное оскорбление.
Но сама молодёжь была явно не сильно опечалена этим фактом: все, пока секретарь собрала контракты и отправилась готовить приказы на их исполнение, обнимались друг с другом, жали руки. Элан не удержался, расцеловал Афалию, подчёркивая тем самым её особые заслуги. Впрочем, девушки, в том числе и старосты, так же не обошли вниманием главное действующее лицо, вполне искренне тискали несносную девчонку в объятиях.
В последнее время она стала немного другой. Всё такая же острая на язык, самоуверенная, но… Кое-что переменилось в её поведении. Исчезли злость и желчь в шутках, слова больше не жалили, высокомерия поубавилось. Скорее, осталось просто осознание своей принадлежности к высшему сословию и осознание своей силы, ведь, что ни говори, а репутацию первоклассного эволэка она заработала своими потом и кровью. Кем бы ни были твои родные, а на поприще Контактов с Океанесом ты можешь надеяться только на себя, куратора и моральную поддержку друзей. В себе она была уверена, куратор ей достался отличный, а теперь появились и друзья, а точнее подруги и друг.
Сильно выросшая числом компания заговорщиков шумной и весёлой стайкой двинулась из зала.
