Сталин должен был умереть полностью

После применения мер физического воздействия Егоров начал показывать уже на себя самого:

«Не подлежит никакому сомнению, что если бы Абакумов и Власик провели должную проверку заявления Тимашук сразу же после его поступления, то мы, врачи, виновные в гибели Жданова, были бы разоблачены еще в 1948 году».

Лубянка резюмировала: «Абакумов и Власик отдали Тимашук на расправу иностранным шпионам – террористам Егорову, Виноградову, Василенко, Майорову».

За помощь, оказанную правительству в деле разоблачения врачей-убийц, Лидию Тимашук наградили орденом Ленина.

Сталин должен был помнить, что видел первое письмо Тимашук, но не захотел признаваться в том, что тогда не разглядел у себя под носом измену. Рядом с ним уже не было ни Абакумова, ни Власика, которые могли бы ему об этом напомнить. Поскребышев, который, согласно визе вождя, отправил первое письмо Тимашук в архив, вспоминал, что по его просьбе он разыскал и снова положил ему на стол эту бумагу. В феврале 1953 года Сталин расстался и с ним.

Первое письмо Тимашук с визой Сталина сохранилось и обвиняет его в неискренности.

По «Делу врачей» опубликовано много материалов. Читатель вправе рассчитывать на то, что каждая новая публикация позволит полнее разобраться в обстоятельствах трагических злоключений врачей. Однако, вопреки историческим фактам, продолжаются попытки обелить Сталина. При этом под сомнение ставятся некоторые относящиеся к тому времени подлинные документы.

Во все времена партийная номенклатура скрывала правду о многих событиях советского времени. Слова о том, что КПСС являлась «честью и совестью нашей эпохи», – пустой звук. Не было у нее ни чести, ни совести.

Юрий Мухин, автор книги «Убийство Сталина и Берия» («Крымский мост-9д», «Форум», 2012 г.), считает, что историки и писатели, изучающие советскую эпоху, с большим недоверием относятся как к воспоминаниям бывших функционеров, так и к периодически всплывающим «новым» документам «за подписью самых разных исторических лиц (начиная с Ленина), свидетельствующих о самых невероятных событиях. Возможно, их можно распознать при помощи технических средств экспертизы, например, по старению бумаги или чернил, по способу нанесения подписей и т. д., но, во-первых, кому этим заниматься, а во-вторых, все эти фальшивки ходят в лучшем случае в виде фото– или ксерокопий, и подлинники их недоступны».

Несомненно, что в этом есть своя правда. Однако для того, чтобы наверняка утверждать, что какой-либо исторический документ фальсифицирован, тоже требуется некая серьезная аргументация, выходящая за рамки обыденного «не верю».