К.Б. Радек написал статью «Итоги Августовского (по месяцу окончания работы высшего большевистского органа. – С.В.) Пленума», в которой констатировал: «Августовский Пленум собрался в обстановке серьезных поражений большинства ЦК в области международной политики (поражение китайской революции, вызванное в значительной мере полуменьшевистской политикой Коминтерна, крах Англо-русского комитета, часть которого оказалась в числе пособников империализма, крах предсказаний Сталина, что англичане не посмеют рвать [дипломатические отношения]) – как и в обстановке укрепления оппозиции (слияние оппозиционного блока в целое, выступления оппозиционеров по всей стране в громадном количестве ячеек, заявление 2,5 тыс. оппозиционеров). Несмотря на это, Сталин постановил специально на этом Пленуме, не признавая ни одной из совершенных ошибок, перейти к бешеному наступлению против оппозиции и добиться ее раскола, ее идейного отступления и, деморализовав таким образом ее ряды, исключить из ЦК тт. Троцкого и Зиновьева. Если бы ему это удалось, он очистил бы путь (и серьезно) дальнейшей передвижке соотношения сил в партии, а тем самым и в стране. Исключение признанных вождей оппозиции из ЦК облегчило бы в значительной мере расправу с оппозицией, исключение ее из рядов партии и пуска в ход против нее силы государственного аппарата. Но Сталин не учел двух моментов: во-первых, того, что поражения его политики во многом подорвали его авторитет в широких слоях партийного актива и партийной бюрократии и, во-вторых, что верхушке партии, сползающей на практике с ленинской линии, нелегко было идти на акт исключения, сигнализирующий этот “спуск на тормозах” и ставящий вопрос о том, куда идет партийный курс. Он не учел тоже силы единства оппозиции и силы ее сопротивления. В результате обоих просчетов он был вынужден к тактическому отступлению. Ошельмовав оппозицию, он отказался от исключения ее вождей. Это отступление только тактическое, ибо Сталин и его группа не отказались от основной цели: исключения оппозиции из партии. Он отступил, дабы тем сильнее ударить. Он надеется на то, что в ближайшие месяцы ему удастся накопить доказательства фракционной работы оппозиции (вообще Радек расписался в том, что у генсека в данном случае было что накапливать. – С.В.) и с этим материалом в руках начать наступление, направление которого приготовлено в резолюциях Пленума. Это наступление пойдет по следующим вопросам: а) вопрос об опасности термидорианского перерождения партии; б) вопрос об отношении оппозиции к войне; в) вопрос об опасности раскола, или (иначе формулируя) о двух партиях»[1056].
По словам Г.К. Орджоникидзе, на второй же день после завершения работы Пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) в оппозиции «…пошел слух, что там у них в ЦК и ЦКК слабо, руки коротки, не посмеют трогать. Рабочий класс, мол, за нас, и, почуяв давление рабочего класса, большинство-де вынуждено было оставить нас в ЦК»[1057]. Серго «говорил тогда Каменеву»:
– Смотрите, т. Каменев, не съезжайте на такое объяснение, иначе оно будет роковым.
Лев Борисович ответил:
– Нет, теперь во что бы то ни стало надо соблюсти то обещание, которое мы дали ЦК и ЦКК[1058].
Но 14 августа 1927 г. Г.Е. Зиновьев[1059] написал текст документа, который впоследствии с постскриптумом Л.Д. Троцкого[1060] (от 14 августа или позднее, установить сложно) был набран и растиражирован безо всяких подписей. Документ фактически означал начало масштабной борьбы оппозиции со сталинцами в Коминтерне и руководстве иностранных коммунистических партий, аналогичной ленинской борьбе за большевистскую линию в ЦК «единой» РСДРП.
Помимо автографов в деле отложился и другой, машинописный текст – «Переписка между руководителями оппозиц[ионного] блока (предположительно Зиновьев – [с] троцкистами)»[1061] за ту же дату, что настораживает. Сразу оговоримся: не исключено, что это – сталинская фальшивка. Если подлинник все же удастся выявить исследователям – это будет ценная находка.
Перед читателями – совершенно фантастический текст, в котором, казалось бы, высмеивалось большинство ЦК ВКП(б) с его обвинениями в адрес Объединенной оппозиции в идее раскола правящей партии и который может считаться едва ли не первой предпосылкой к образованию Л.Д. Троцким IV Интернационала, созданного на совещании групп 11 стран, как известно, только в 1938 г.
