Манштейн всячески преуменьшает свои силы, утверждая, что в ударной группе у Гота было всего две танковые и не то одна, не то две авиаполевые дивизии. В этой лжи отставного фельдмаршала изобличают его же коллеги – Типпельскирх и Бутлар, заявляющие в один голос, что Гот имел четыре танковые, одну пехотную и три авиаполевые дивизии. Документально установлено, что в группировку Гота входили 23, 6, 17‑я танковые, 16‑я и СС «Викинг» моторизованные дивизии, 6‑й и 7‑й румынские армейские корпуса и 15‑я авиаполевая немецкая дивизия.
Ранним утром 12 декабря после ураганной артиллерийской подготовки и массированного налета авиации противник значительными силами мотопехоты, поддержанной 200 танками, из района Пимен-Черни (близ Котельниково) перешел в наступление вдоль железной дороги Котельниково – Сталинград на Гремячую, Небыков (схема 11). Как только стало известно, что противник с большой массой танков перешел в наступление, я сразу же доложил И.В. Сталину. Взволнованный этим сообщением, он передал мне: «Держитесь. Мы сейчас же пошлем резервы». Теперь и в Ставке поняли, откуда угрожает опасность, и Сталин согласился дать резервы, но обстановка создалась очень серьезная: резервы могли не успеть.
Удар врага пришелся по стыку 302‑й стрелковой дивизии и 4‑го кавалерийского корпуса. В первый же день противнику удалось преодолеть тактическую глубину нашей обороны и овладеть населенными пунктами Гремячая и Небыков. Это было началом крупной операции, задуманной гитлеровской ставкой и рассчитанной на ликвидацию всех наших успехов на сталинградском направлении. Руководили действиями фашистской группировки матерые милитаристы – генералы Гот и Манштейн, обладавшие большим опытом и недюжинными способностями военачальников.
На следующий день противник продолжал наступление. Ему удалось создать танковый таран: на главном направлении удара наступали две танковые дивизии (6‑я и 23‑я) и две механизированные дивизии, только что подошедшие. При массированной поддержке бомбардировочной и истребительной авиации фронт прорыва был значительно расширен: к исходу дня гитлеровцы овладели населенными пунктами Верхне-Курмоярская, Верхне-Яблочный, Заливский, Бирюковский, Кошара 2‑я.
В связи с этим 302‑я стрелковая дивизия отвела свои значительно потрепанные правофланговые части в северо-восточном направлении и заняла оборону на рубеже Бирюковский, совхоз Терновый, а 81‑я кавалерийская дивизия отошла на север. Чтобы закрыть образовавшийся прорыв, мы спешно выдвинули 13‑й механизированный корпус генерала Танасчишина (в нем было 28 танков и 1600 бойцов мотопехоты), передав его из 57‑й армии в подчинение командарма 51‑й; 41‑й танковый полк этого корпуса был направлен в район Жутово для прикрытия железной дороги Тихорецк – Сталинград.
13‑й механизированный корпус с 302‑й и 126‑й стрелковыми дивизиями действовал с переменным успехом; противнику здесь не удалось добиться серьезных успехов. В последующем корпус вместе с указанными дивизиями, нависнув на флангах ударной группировки противника, действовавшей вдоль железной дороги и западнее ее, остановил его.
По-иному развивались события западнее железной дороги в направлении Верхне-Кумский, Громославка. Здесь танковые дивизии противника легко теснили 81‑ю и 61‑ю кавалерийские дивизии с 85‑й танковой бригадой, имевшей не более 15 танков. Создавалась явная угроза быстрого выхода противника на тылы 57‑й армии, ведшей бои с войсками противника, окруженными под Сталинградом, которые, в свою очередь, готовились к встречному удару на соединение с группировкой Гота – Манштейна.
В этой обстановке необходимо было во что бы то ни стало задержать продвижение противника до подхода оперативных резервов Ставки.
Для руководства сосредоточением войск и главным образом для координации и увязки взаимодействия их в последующих боевых действиях 12 декабря, сразу же, как началось наступление противника из Котельниково, была создана небольшая оперативная группа во главе с моим заместителем генерал-лейтенантом Г.Ф. Захаровым.
13 декабря все части 4‑го механизированного корпуса, после того как они были сменены 300‑й стрелковой дивизией, находились на марше; к этому времени корпус уже более 20 суток вел непрерывные бои и имел потери более 60 % личного состава и материальной части. У него оставалось 42 танка и 2000 бойцов. Также второй день двигалась из-за Волги 87‑я стрелковая дивизия, подходя головным полком в район Капкинского. Одновременно танковый и артиллерийский резервы подходили к Громославке. В войсках находились представители штаба фронта, посланные туда сразу же после принятия нами решения о создании группировки для парирования угрозы со стороны Котельниково. Их основной задачей было всеми силами содействовать ускорению темпа сосредоточения и продвижения войск.
