С утра 14 декабря эти части, получившие еще на марше свои задачи, смело бросаются навстречу противнику, нанося контрудар на Верхне-Кумский. Завязался огневой встречный бой механизированных частей. Населенный пункт был атакован 4‑м механизированным корпусом с двух направлений: с одного он прорывался в населенный пункт, а с другого охватывал его справа. Одновременно из района Громославки 235‑я танковая бригада с подчиненным ей отдельным танковым полком охватывала этот пункт с востока. 20‑я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада с подоспевшим головным 1378‑м стрелковым полком 87‑й стрелковой дивизии (остальные части, задержавшиеся на переправах через Волгу, были на подходе) развернулась левее (восточнее) 235‑й танковой бригады на уровне Верхне-Кумского и остановила продвижение группы противника, наносившей удар восточнее Верхне-Кумского. В результате стремительного контрудара передовые части противника были полуокружены и понесли большие потери в живой силе и технике (до 40 танков и много мотопехоты). Под давлением наших частей противник оставил Верхне-Кумский и отошел на рубеж реки Аксай.
Первый контрудар войск внешнего фронта окружения – 4‑го механизированного корпуса и 235‑й танковой бригады – 14–15 декабря 1942 года в районе Верхне-Кумского против танковых соединений котельниковской группировки дал успешный результат. Это был характерный пример встречного боя, возникшего после прорыва противником внешнего фронта окружения с целью освобождения своей окруженной группировки.
15 декабря командование фронта направило Верховному Главнокомандующему И.В. Сталину и начальнику Генштаба – представителю Ставки ВГК генерал-полковнику А.М. Василевскому доклад такого содержания:
«Все резервы фронта (300, 315, 87 сд), нацеливавшиеся ранее на юго-запад и группировавшиеся в районе Плодовитое, Зеты, получили другое предназначение. Фронт остался совершенно без резервов. Восточнее линии Бекетовка, Аксай на 15.12.42 г. не имеется ни одного человека резерва. Развитие удара противника вдоль ж. д. Котельниково – Абганерово, несомненно, будет сопровождаться ударом окруженной группировки войск из района Цыбенко на Зеты. Действия противника в этих направлениях могут поставить в тяжелое положение войска фронта, т. к. противник может выйти на растянутые и напряженно работающие тылы в связи с трудностями переправы через р. Волгу.
Части 51А (302,126,91 сд), слабые по своему составу до начала операции, в процессе напряженных боев с 21.11.42 г. стали совершенно малочисленными, 4 мк и 13 тк, находясь длительный период в беспрерывных боях и ведя последние двое суток серьезные танковые бои к 15.12, также ослабли.
Исходя из изложенного, нельзя считать достаточно обеспеченным направление вдоль ж. д. Котельниково, Абганерово, и поэтому прошу срочно усилить центр 51 А выводом в район Тингута, Абганерово одного мк или тк. Принимаемых нами мер по выводу из состава 64 А слабых по численности и технике 422 и 38 сд в районе Зеты, Абганерово считаю совершенно недостаточно. Кроме того, целесообразно вывести один тк и два ск в район Бузиновка, Средне-Царицынский, Ляпичев для удара в направлении Шабалинский, Генераловский, Котельниково. С началом действий этой группы просимый мк с сосредоточением в районе Тингута, Абганерово использовать также с активной задачей в направлении жел. дороги Абганерово, Котельниково. Кроме того, просим одну сд и одну бригаду направить на Капустин Яр с выходом на зап. берег р. Волга.
Наша просьба была удовлетворена. На помощь сталинградцам выдвигалась 2‑я гвардейская армия (командующий Р.Я. Малиновский, начальник штаба С.С. Бирюзов) в составе двух стрелковых корпусов и одного механизированного корпуса. Кроме того, на этом же направлении предполагалось сосредоточить еще один механизированный корпус.
Однако эта помощь могла быть оказана не раньше как через 5–7 дней. По первоначальному решению 2‑я гвардейская переходила из резерва Ставки в подчинение командующему Донским фронтом. Подход армии запаздывал из-за возникших трений между Ставкой и К.К. Рокоссовским, который возражал против передачи армии Р.Я. Малиновского Сталинградскому фронту. В связи с этим было потеряно больше суток, тогда как каждый час стоил очень дорого! Поэтому, несмотря на наш успех 14 декабря под Верхне-Кумским, положение продолжало оставаться крайне напряженным. Ведь за два предшествующих дня (12 и 13 декабря) противник, прорвав наш внешний фронт, продвинулся на 50 километров.
Правда, на одном из флангов вражеского прорыва упорные действия 13‑го механизированного корпуса сдерживали дальнейшее продвижение противника, отвлекая его танки; зато на другом фланге прорыва, где действовал обескровленный 4‑й кавалерийский корпус (товарища Т.Т. Шапкина), положение было критическим: восполнить потери корпуса было совершенно нечем, никаких, ни кавалерийских, ни других, резервов у нас не было. Угроза деблокирования окруженных по-прежнему оставалась вполне реальной.
