Бои в районе Жутово и в особенности в районе Верхне-Кумского – это ярчайший образец доблести воинов Советской армии, насмерть стоявших на своих рубежах. Это герои, которые первыми преградили путь фашистским войскам, рвавшимся освободить окруженных. Они действительно достойны того, чтобы о них страницы истории Сталинградской битвы были написаны золотыми буквами. На поле боя в районе Верхне-Кумского и в районе Жутово следует соорудить обелиски в честь славных воинов, героически выполнивших здесь свой священный долг перед Родиной.
Лишь 19 декабря после сильной артиллерийской подготовки противник, подтянув на этот участок свежую 17‑ю танковую дивизию, смог продвинуться. В этот день он наносил удар на широком фронте Ново-Аксайский, Антонов; наступали танковые дивизии. Главный удар снова обрушился на 4‑й механизированный корпус, 235‑ю танковую бригаду, 20‑ю истребительно-противотанковую бригаду, 55‑й отдельный танковый полк и 1378‑й полк 87‑й стрелковой дивизии, которые занимали позицию в 6 километрах севернее реки Аксай. По нашим боевым порядкам, особенно на громославском рубеже, произвела мощный удар вражеская авиация (до 1500 самолето-вылетов). Танковые части противника под прикрытием авиации с ходу атаковали участок фронта на рубеже колхозов имени 8 Марта, Нижне-Кумский, Заготскот в общем направлении на Черноморов. Неоднократно повторявшиеся атаки противника отбивались, но в самом конце дня ценою огромных потерь противнику удалось отбросить остатки наших войск и выйти на рубеж реки Мышкова и овладеть районом Нижне-Кумский, Васильевка.
В силу этого наши войска в районе Верхне-Кумского оказались в крайне тяжелом положении. В связи с тем что головные части 2‑й гвардейской армии достигли к этому времени рубежа реки Мышкова, войскам 51‑й армии было приказано отойти из района Верхне-Кумского к реке Мышкова. Остановленный упорным сопротивлением наших войск, противник уже не смог здесь продвинуться на север; переправиться через реку Мышкова ему также не удалось.
С 20 по 23 декабря на рубеже реки Мышкова продолжались ожесточенные бои, в которых приняли участие и передовые части 2‑й гвардейской армии.
Упорное сопротивление наших войск на этом рубеже сорвало все попытки врага преодолеть нашу оборону. Тем временем было закончено сосредоточение ударных группировок.
В итоге 12‑дневных упорных и ожесточенных боев котельниковская группировка немцев понесла большие потери. Она израсходовала значительные силы: за эти дни противник потерял 160 танков, 82 самолета, около 100 орудий и только убитыми до 8000 человек.
Утром 24 декабря войска 2‑й гвардейской и 51‑й армий перешли в решительное наступление с целью окончательно разгромить котельниковскую группировку противника.
Действия наших войск на котельниковском направлении поддерживались авиацией 8‑й воздушной армии. Хотя силы этой армии в основном сосредоточивали свои усилия на борьбе с окруженной вражеской группировкой под Сталинградом и на перехвате немецких самолетов, снабжавших окруженные войска по воздуху, тем не менее она выделила значительные силы и для борьбы с противником на котельниковском направлении. Бомбовыми ударами она уничтожала танковые и моторизованные войска противника, наступавшие на север. С 12 по 23 декабря наша авиация произвела свыше 1500 самолето-вылетов для ударов по деблокирующей группировке врага.
Лишь теперь, когда точно выяснены все обстоятельства и детали боевой обстановки того времени, можно в полной мере понять, какое важное, если не решающее, значение для разгрома окруженных сыграло отнесение внешнего фронта окружения с намеченных представителем Ставки рубежей под Котельниковом.
Здесь следует подчеркнуть, что, несмотря на мое боевое донесение, направленное 2 декабря 1942 года Верховному Главнокомандующему, о том, что в Котельниково обнаружена крупная танковая группировка противника, Генштаб, да, пожалуй, и Ставка продолжали сомневаться в этом. Согласно разведсводке Генштаба, над нами довлела несуществующая тормосинская группировка, поэтому Сталинградскому фронту своевременно не были подброшены резервы, решение о которых было принято только тогда, когда враг перешел в наступление 12 декабря. Десять потерянных дней поставило нас в очень тяжелое положение. Надвигалась катастрофа, враг мог прорваться и освободить окруженные войска. Тяжелейший период в Сталинградской битве. Что делать? Мы смело снимаем два мехкорпуса с кольца окружения, проводим ряд других мероприятий и на 10 дней задерживаем противника.
