В течение декады со 2 по 12 сентября разгорелись ожесточенные бои на внутреннем обводе. Эти бои не прекращались ни днем ни ночью. Наиболее мощные удары по Сталинграду пришлись вновь по войскам на участках 62‑й и 64‑й армий.
Нельзя не сказать здесь несколько слов о командарме 64‑й армии генерал-майоре М.С. Шумилове. 64‑я армия под его командованием сыграла исключительно большую роль в Сталинградском сражении. Ее упорство и активность в обороне, ее маневренность и подвижность на поле сражения причинили врагу множество неприятностей, нанесли ему большой урон, опрокинули многие расчеты противника, помогли сорвать не один из назначенных Гитлером сроков захвата Сталинграда. Наступая на участке 64‑й армии, Гот, что называется, обломал свои танковые клинья. Армии удалось удержать в своих руках высоты, расположенные южнее Сталинграда, что сыграло существенную роль в устойчивости обороны города в целом.
Генерал-майор Михаил Степанович Шумилов (последнее звание – генерал-полковник) – человек большой души, с широким военным и политическим кругозором, сильной волей и высокой требовательностью – все это были замечательные качества, характерные для советского военачальника. Товарищ Шумилов хорошо умел организовать бой, взаимодействие в нем родов войск и твердо держал управление в своих руках. Ни при каких условиях не поддавался панике.
Его доклады об обстановке в ходе Сталинградской битвы всегда были исчерпывающи и объективны, а его смелые, четкие решения были всесторонне продуманы и говорили о высокой оперативной культуре.
Взаимоотношения с подчиненными он строил на суровой, но справедливой требовательности и отеческой заботе об их нуждах.
Припоминаю, как в особо трудные минуты он говорил спокойным баском: «Духом не падаем, товарищ командующий, прошу о нас не беспокоиться, задачу выполним».
Эта уверенность командарма передавалась каждому воину армии. Воины армии непоколебимо защищали сталинградскую землю, действительно стояли насмерть.
Членом Военного совета 64‑й армии на протяжении всей Сталинградской битвы был полковник Зиновий Тимофеевич Сердюк (позже первый секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Молдавии). В боевых успехах и стойкости частей и соединений 64‑й армии немалая роль принадлежит товарищу Сердюку.
Начальником штаба армии был генерал-майор Иван Андреевич Ласкин, опытный штабной работник; участник героической обороны Севастополя. Штаб армии под его руководством работал на высоком оперативном уровне.
Начальником политического отдела армии являлся полковник М.П. Смоляков, принципиальный и энергичный политический работник, умевший в любых условиях обстановки добиваться надлежащего политического обеспечения выполнения боевых задач армии, поддерживавший тесную связь с коммунистами частей и подразделений.
После того как противник вышел к Волге в районе Латашанка, Рынок, мы сразу же стали предпринимать энергичные меры, чтобы срезать этот «змеиный язык» врага, высунувшийся к Волге. Он больно жалил нас; надо было во что бы то ни стало соединить фланги Сталинградского и Юго-Восточного фронтов.
Первая попытка выполнить эту задачу, как известно, относится к 24 августа. Но тогда наш удар незначительными силами, наскоро организованный, не мог дать решительного успеха.
Чтобы облегчить положение войск Юго-Восточного фронта, стоявших на защите ближних подступов к Сталинграду, во исполнение директивы Ставки Верховного Главнокомандующего войска левого крыла Сталинградского фронта в течение сентября нанесли врагу два крупных контрудара (5 сентября первый, относящийся еще к предыдущему этапу боев, и 19 сентября второй, когда сражение развернулось в черте города. Схема 7).
Целью этих контрударов было ликвидировать вражеский клин, уничтожить группировку противника, прорвавшуюся к Волге в районе Рынка, и отвлечь вражеские силы от Сталинграда. К сожалению, этот контрудар не выполнил поставленную перед ним задачу.
Контрудар наносился с севера на участке Кузьмичи, Сухая Мечетка силами двух резервных армий: 66‑й под командованием генерал-лейтенанта Р.Я. Малиновского и 24‑й под командованием генерал-майора Д.Т. Козлова. Удары планировались с севера на участке Кузьмичи и Сухая Мечетка. На этот контрудар возлагались большие надежды.
Из Москвы нас с Никитой Сергеевичем заверяли, что войскам Юго-Восточного фронта остается продержаться не более недели, в крайнем случае первую декаду сентября. Затем помощь с севера будет оказана в широком масштабе, и вражеский клин к берегу Волги будет срезан или выбит. При этом мне было запрещено выезжать туда в эти дни для обеспечения устойчивости обороны города. Я просил хотя бы подкреплений, но мне отказали, мотивируя тем, что все решит широко задуманный контрудар с севера.
