Хэвард провел рукой по неровным следам давно высохшей влаги, оставленным на желтой бумаге, и отложил найденную на уничтоженной станции книгу. Давно даэрец не читал ничего, изложенного на бумаге. Возможно, именно поэтому молчаливая исповедь незнакомой женщины показалась ему искренней. Почему Джайна использовала именно бумагу? Возможно, из-за того, что боялась утечки данных, или же из-за того, что генераторы лаборатории работали со сбоями. Может, для нее было важно переосмыслить все, взглянуть на себя со страниц обличительных записей. Была ли еще какая-то причина? Теперь этого никто уже не узнает.
Наемник не знал, сколько времени провел в своей каюте, читая откровения Джайны ан Нолесс. Предсмертные записи ведущего специалиста станции «2301», решившей, что она с горсткой единомышленников способна воссоздать тех, кого во время войны боялась Галактическая Коалиция, тех, кого называли Избранными. Все это было написано незадолго до смерти Джайны, ее собственной рукой. Хэвард не сомневался в этом.
Даэрец был воином, а не ученым. Но даже он понимал, какую глупость совершила Джайна, решившись на подобный эксперимент. Выйти из-под опеки Совета, чтобы ставить опыты на живых людях, нарушая множество существующих законов ради получения идеальных убийц.
Хэвард вспомнил сереброволосых обитателей уничтоженной станции. Что ж, в принципе, ученые получили то, что хотели – создали новую расу мыслящих, хитрых, кровожадных, способных к размножению особей. Хотя они и в подметки не годились Избранным.
Мрачная улыбка коснулась губ даэрца – все же хорошо, что плоды безумных экспериментов уничтожены.
Он еще раз взглянул на потертый дневник, который до сих пор держал в руках. Личные записи доктора ан Нолесс содержали описания некоторых опытов, не очень понятных Хэварду. Описанное на желтых страницах было противно духу воина, но наемник не спешил уничтожать последнее свидетельство деяний частной секретной станции.
К тому же оно было не последним. Стальной убрал дневник в ящик узкого стола. Оставалась еще Ева. Первая, единственная искусственно созданная особь.
Хэвард поморщился от подобного определения. Первый успех ученых, на котором и стоило остановиться. Но, как следовало из записей Джайны ан Нолесс, девочка не обладала полным набором способностей, что бы это ни значило. Именно после подобной «неудачи» ученые приняли решение ставить опыты на людях. Глупцы.
Ящик стола со щелчком закрылся.
– Что же ты такого сделала, что за твою голову дают такие деньги? – Хэвард открыл медальон и посмотрел в лицо улыбающейся маленькой Евы.
Несколько секунд охотник смотрел на девочку, после чего закрыл медальон и сунул его в карман – что бы ни сделала Ева ан Нолесс, она не перестала быть целью «Стального охотника».
Хэвард легко встал, с хрустом размяв затекшую шею, и невольно задумался, каково сейчас Винсу и Лане. Даэрец не чувствовал ни усталости, ни сонливости, но он не был человеком и мог подолгу обходиться без отдыха, в отличие от людей.
Когда перелетаешь с планеты на планету, минуя огромные пространства в поразительно короткие сроки, начинаешь терять счет времени и прислушиваешься лишь к собственным ощущениям. Раньше за всем этим следил Шон. Тяжело вздохнув и вспомнив давнего товарища, Хэвард покинул свою каюту.
Он спустился в основной зал и свернул в отсек, где жила Лана. Дверь в каюту Арги, находившаяся напротив двери в жилище Ланы, была открыта. Даэрка занималась тем, что выполняла отжимания от пола. Увидев капитана, женщина коротко кивнула ему, продолжив свои занятия.
