Вчера, после этого сна, который показался Матвею настолько невообразимым, что появились сомнения, не плод ли он его воображения, семикурсник долго колебался, отдавать ли старшему группы отчет. Но отдал. После того как при посещении палаты-часовни со служителем Триединого увидел на запястьях профессора Тротта и Алины такие же черные брачные браслеты, какие он видел в момент их свадьбы.
Ситникову было трудно это принять. Ставшая ему близкой девочка, которую так тянуло оберегать, что он мог бы сутками сидеть у ее койки, прислушиваясь к дыханию, стала женой лорда Тротта. И Матвей, понимая, что и выбора-то у профессора особо не было, все равно хмурился. Потому что несколько раз еще в университете ему казалось, будто инляндец при встречах смотрит на Алину как мужчина на женщину, что ведет себя так, словно она его задевает. Мужчина всегда заметит интерес другого мужчины – но это было так дико, что по здравом размышлении Матвей смеялся над своими мыслями и успокаивался. Ему не поверить было, что на принцессу, к которой он относился с таким трепетом, можно посмотреть с желанием. Ситников на нее так не смотрел. И не ревновал, хотя и принимал свое желание держаться рядом за влюбленность, – и только откровения Четери о привязке помогли разобраться в том, что он ощущает. А затем, после принятия и наблюдения за собой, – обнаружить под собачьим желанием служить и защищать свои собственные, не навязанные никем тепло и привязанность к Алине Рудлог.
И это понимание только усиливало в Матвее ощущение бессилия. Пусть на Туре Тротт был одним из сильнейших магов, но в Нижнем мире он мог рассчитывать только на клинки, крылья, опыт и капли родовой магии. Они с Алиной чудом спасались до сих пор, но что можно противопоставить армии, подобной тем, что уже пришли в Рудлог и успешно захватывали город за городом?
Матвей думал, искал решение, колебался – потому что путникам нужна была помощь, но сам он никак не мог помочь. И никто не мог, видимо, если уж на государственном уровне до сих пор не попытались очистить пространство вокруг одного из порталов и пройти через него на поиски путников. Ситников упорно заговаривал об этом со Свидерским, который пару раз навещал Катерину Симонову с детьми и обязательно находил время пообщаться с Матвеем. Александр Данилович слушал его вопросы и опять терпеливо качал головой:
– Матвей, мы обсуждали это с Алмазом Григорьевичем, а с Вики… Викторией и Мартином я говорил с неделю назад. Порталы с нашей стороны охраняются несколькими линиями инсектоидов. Нам просто не прорваться туда, слишком их много. Мы еле сдерживаем попытки захватить Лесовину и обойти нас по флангам, а в Блакории ситуация близка к критической. Но даже если нам предоставят возможность подогнать к порталу артиллерию и отряды боевых магов и уничтожить всех врагов с нашей стороны, к ним тут же придет подкрепление, а наш резерв небесконечен. Тем более что я говорил тебе уже: мы понятия не имеем, где искать Макса… профессора Тротта, даже если удастся туда пройти.
– А сигналки наши там не будут работать? – угрюмо интересовался Матвей. – У вас же с профессором наверняка есть парные сигнальные нити? Если пройти в портал и телепортироваться по сигналке? Будет она работать, как думаете?
– Та, что на руке у меня, возможно, и будет, – отвечал Александр Данилович. – А может, и нет. Но ты забываешь, что в Нижнем мире не мой друг, у которого на руке моя сигналка, а его дар-тени, сигналку которому я не ставил. С ним связи у меня нет.
Они с Матвеем во второе посещение Свидерского даже засели в яблоневом садочке, залитом солнцем, за грубо сколоченный стол и сделали расчеты, насколько хватит резерва Александра Даниловича и резерва накопителей, если набить ими рюкзак. Оказалось, что без возможности восстановления с помощью туринских стихийных потоков этого всего хватит лишь на бой с армией у портала с той стороны. На бой, но не победу, с истощением и смертью.
– И это при условии, что на Лортахе классическая магия вообще будет действовать, – сказал тогда Свидерский. – Ведь если кровная магия берет силы из крови, в которой есть доля божественной энергии первопредка, то мы, классические маги, оперируем внешними потоками стихий. Которых на Лортахе нет. Достаточно ли будет резерва и амулетов для создания заклинаний? Неизвестно. И мы не можем рисковать, чтобы узнать истину.
– Но он ваш друг, – грубовато и расстроенно проговорил Матвей. – И Алина там.
Александр Данилович не обиделся. Он встал из-за стола, потянулся, посмотрел на часы – и покосился в сторону дома. Там, где была леди Катерина, с которой в этот раз он пообщался совсем недолго.
– Помимо желания помочь и эмоций всегда нужно мыслить рационально, Ситников. Иначе долго ты не проживешь. Ты считаешь, я не обдумываю постоянно, что могу сделать? Пока – ничего. Возможно, ситуация изменится, рудложская армия сможет перейти в наступление к порталу и, пройдя на ту сторону, захватить плацдарм и начать поиски. Но пока это невозможно. Пока Максу нужно справляться самому. И он вполне способен это сделать.
