– Ли Чжихён опаснее всех. Она просто сумасшедшая, – сказал Со Чжихёк.
– Н-не может быть, – робко возразила Ю Гыми. – Чжихён такая милая и добрая!
Пэк Эён пнула Со Чжихёка в голень и резко сказала:
– Хватит молоть языком.
Со Чжихёк сдавленно ойкнул и замолчал.
В следующую секунду Син Хэрян объявил, что дальше придется двигаться перебежками от укрытия к укрытию. И бесшумно. Нам с Ю Гыми он велел разуться и взять обувь в руки. Бежать нужно было по очереди, дождавшись сигнала.
Время от времени откуда-то доносились звуки, напоминающие лопающийся попкорн, но было слишком шумно, чтобы понять, откуда они исходили. Несколько минут спустя Пэк Эён, находившаяся впереди, подала знак лечь. Мы молча подчинились.
Я похлопал Син Хэряна по плечу, привлекая его внимание, и постучал по своим губам. Тот замер. Звуки в отдалении стихли, и, выждав несколько минут, Син Хэрян коротко кивнул:
– Говорите.
– Получается, те психи открыли в Хёнмудоне стрельбу не потому, что хотели сбежать? Есть вероятность, что они – профессиональные наемники, которые действовали по плану?
Я вздрогнул от осознания того, что заперт с людьми, профессионально обученными причинять вред другим.
– А у нас нет оружия, – ответил Син Хэрян.
После этих слов я почувствовал надвигающуюся головную боль и протянул Син Хэряну руку.
Тот непонимающе уставился на меня.
– Повеселились, и хватит.
– Что?
– Беседовать с вами было очень приятно, и все такое. А теперь покажите пистолет, который прячете.
– У меня нет пистолета.
– Инженерная команда «На» тайком пронесла на станцию оружие, команда «Да», судя по всему, завозила водку ящиками, а одна из горнодобывающих бригад – блоки сигарет. Неужели у вас ничего нет?! Неужели вы ничего не припрятали? Типа подводной лодки, которая может подняться на поверхность с глубины в три километра?
Порывшись в карманах, Син Хэрян осторожно положил мне на ладонь виноградный леденец, который я дал ему перед входом в Центральный квартал.
– Это все, что у меня есть.
Не сдержав сухого смешка, я положил леденец обратно ему в руку.
– Мы не ожидали, что все так обернется.
– Как – так? Что мы будем тонуть на глубине три тысячи метров? Или что все спасательные капсулы будут сломаны и потонут?
– Мы не ожидали ни одного из этих сценариев, – спокойно отозвался Син Хэрян.
Пэк Эён поспешила его поддержать:
– Откуда нам было знать, что кто-то пустит торпеду в Исследовательский комплекс?! Если бы мы знали, то еще вчера отправились бы в отпуск на Гавайи и не готовились бы сейчас пойти на корм рыбам!
Ю Гыми пыталась меня подбодрить, но после этих слов испуганно вскрикнула:
– Что? Кто-то выпустил торпеду? Торпеда – это ведь подводная ракета, верно? Кто мог это сделать?! Они хоть представляют, сколько стоит Исследовательский комплекс? А во сколько миллиардов обошлось оборудование? Если возник конфликт, то почему не попытаться разрешить его словами, прежде чем прибегать к насилию?! Страшно подумать, сколько мусора попадет в океан после взрыва семиэтажной базы! В Центре изучения глубоководных организмов мы собирали различные виды медуз, но это еще ладно! А возьмем Центр редкоземельных металлов! Там находилось золото, серебро и даже уран, которые извлекли из морских глубин! Вы представляете, о каких финансовых потерях речь?! А Центр исследований загрязнения морской среды? Он-то в чем провинился?! Люди со всего мира приехали сюда, чтобы спасти океан! Чтобы придумать, как избавиться от этого чертова микропластика и бесчисленного мусора, разбросанного по океану! А какие-то психи взяли и взорвали его? Они что, совсем спятили?
– Тише, Гыми! Успокойтесь!
– Возьмите себя в руки и понизьте голос! Мы не знаем, кто может оказаться рядом.
Ю Гыми кипела от ярости при одной мысли о том, что кто-то осмелился выпустить торпеду по ее Исследовательскому комплексу.
Я повернулся к Син Хэряну и тихо спросил:
– Это правда была торпеда? Не землетрясение?
– Мы видели ее, когда работали снаружи.
– Раз вы военные, то у вас должен быть способ связаться с Кореей? С военно-морским флотом? Вам подготовили запасной план отхода? – спросил я.
Со Чжихёк грустно рассмеялся:
– Ну… Мы не совсем военные. Это и по возрасту понятно. Всем нам почти тридцать – ну, кроме Белой Акулы[9]. На такую работу обычно берут энергичных молодых ребят лет двадцати. Мы уже старички, так что можете считать нас наемниками. Наемники… Как-то странно звучит. Контрактники? Не-а, все равно странно… хм… подрядчики? Опять не то. Гражданские служащие по контракту? Официально мы даже числимся в списке госслужащих. Никакой пенсии… Если вдуматься, то звучит как-то грустно. Шеф, почему вы не выбили для нас условия получше?
– Нам платят из двух мест, верно? Или вы хотели, чтобы я заключил контракт с Японией или Китаем?
– О нет.
Пэк Эён ворчливо заметила:
