– А-а-а… какое облегчение.
Вздохнув, я осторожно снял рюкзак и растянулся на полу. Пол был холодным, и я наверняка простудился бы, если бы не переоделся в сухую одежду.
– Пэк Эён задерживается.
– На доске не было обновлений.
Никто из нас не предлагал воспользоваться лифтом. Если бы Ю Гыми захотела покинуть станцию, я отпустил бы ее и остался ждать Пэк Эён. Но, судя по всему, Ю Гыми была не из тех, кто отправится куда-либо в одиночку. Скорее она предпочла бы, чтобы я уехал, и осталась бы дожидаться Пэк Эён. Я не знал, что мы будем делать, если ситуация осложнится.
Бесконечное ожидание тревожило меня. Что, если пройдет пять минут, а потом десять и пятнадцать, система жизнеобеспечения выйдет из строя, мы не сможем дышать, а Пэк Эён так и не появится? Вдруг на нее тоже напали или что-то помешало ей добраться до лифта? Придется ли мне тогда насильно затаскивать Ю Гыми в лифт?
– Знаете, почему на Подводной станции решили открыть стоматологическую клинику? – спросила Ю Гыми, словно от скуки.
В противоположность моему волнению, голос ее звучал бесстрастно.
– Потому что у сотрудников много проблем с зубами?
Я лежал и слушал голос Ю Гыми. Наполненный смехом, он звучал как колыбельная.
– Стоматологическая клиника не является учреждением первой необходимости, пусть и приносит пользу. Вы здесь потому, что Северо-Тихоокеанская подводная организация решила постепенно увеличивать количество подобных учреждений. Знаете, что это означает? Отказ от попыток заморозить растаявшие десятилетия назад ледники или восстановить затопленные земли. Вспомните проект «Галактика», в который вкладывались астрономические суммы и даже человеческие жизни. И все ради того, чтобы отправить на Марс сотню человек. А деньги, потраченные на проекты «Луна» и «Планета»? Усилия по выходу в космос застопорились.
– Теперь люди пытаются хоть как-то выжить в загрязненных океанах. Вскоре завершится строительство подводной станции в Атлантике. На нее брошены все строительные ресурсы и средства стран, расположенных вокруг Атлантики. В ближайшее время будет создана подводная станция в Индийском океане. Подводная среда выбрана не только для добычи полезных ископаемых, но и как среда обитания, необходимая для выживания человечества.
– Конечно, никто не знает, насколько масштабными окажутся последствия этого выбора. Ученые делают всевозможные мрачные прогнозы. Легко предсказать чуму и голод из-за приказа какого-то безумца перебить всех воробьев, но кто знает, как поведут себя люди, живущие на глубине трех километров под водой, и какое влияние это окажет на Землю.
– Поведут себя так, как у нас сейчас? – со смешком поинтересовался я.
Ю Гыми тихонько засмеялась в ответ:
– Да, именно. Как у нас сейчас. Очень надеюсь, что подводная организация извлечет урок из нашего случая, который может войти в историю как одна из самых страшных подводных катастроф, и Атлантическая подводная станция будет лучше подготовлена к любым неожиданностям.
– Я собираюсь выжить и давать интервью, поэтому не списывайте со счетов словами о самой страшной катастрофе!
– Я тоже не собираюсь умирать! Я еще столько всего не сделала. Даже диссертацию не закончила! О нет, теперь мне захотелось умереть! – Ю Гыми начала накручивать волосы на палец. – Знаете, чему посвящена моя диссертация? Одной рыбе, которая похожа на медузу. Скорее всего, вы никогда раньше ее не видели. Она настолько странной формы, что почти ползает по морскому дну. Даже сомневаюсь, можно ли называть ее рыбой. Но когда выливаешь на нее реагенты и наблюдаешь…
Голос Гыми помог мне избавиться от тревоги, а также от беспокойства за Син Хэряна и Со Чжихёка, которые остались в эвакуационном секторе. Стоило волнению утихнуть, как сонливость обрушилась на меня огромной волной. Неудивительно – после сегодняшней беготни… Едва я закрыл глаза, как оказался в своей комнате в Пэкходоне. Она была доверху наполнена водой, и новые носки, которые я купил перед приездом сюда, плавали, как рыбки. Я мог свободно передвигаться под водой и дышать. Выйдя из комнаты, я двинулся вдоль по коридору.
Мимо проплывали различные вещи – чашки, шарфы, стулья, наушники, косметика, баскетбольные мячи… Несмотря на воду, я дышал спокойно, как рыба, и неторопливо разглядывал комнаты. Стены были прозрачными, поэтому я видел все, что творится внутри чужих номеров. Я вышел из номера 38, в котором жил, и увидел, как на светящейся панели комнаты 22, принадлежащей Син Хэряну, загорелся сигнал тревоги.
Люди прятали в своих маленьких комнатах всевозможные вещи – запрещенные продукты и лекарства, оружие… Проходя мимо номера 8, я увидел, что внутри кто-то плавает. Я никогда прежде не видел этого человека, лицо его скрывали волосы. Внезапно он схватил меня за шею и начал душить.
Несмотря на то что я находился под водой, голос звучал в моих ушах пугающе ясно:
«Почему ты не спас меня?»
В следующий миг морская вода начала наполнять мой рот. Я глотал ее и с каждым глотком задыхался все больше.
«Меня можно было спасти!»
Я не мог дышать. Махал руками и ногами, отчаянно пытаясь вырваться.
«Спаси меня!»
«Не могу!»
