– Точно. Но вот что интересно: Чжихён их услышала. Как я и сказал, Чжихён не только красавица, но и умница, говорит на пяти языках. Голова у нее варит как надо. Обычно она делает вид, что едва понимает один язык, а на деле – знает аж пять. И вот даже без всякого переводчика она все поняла и сразу же сообщила командующему Сину.
Со Чжихёк украдкой взглянул на идущего рядом Син Хэряна. Тот молчал. Интересно, слушал ли он вообще?
– И что было дальше?
– Командующий поменялся с Эён комнатами. А Пэк Эён… как вы могли заметить, если начальник скажет, что собирается сварить суп из цементной пыли, она найдет ему все нужные ингредиенты.
В темноте раздался тихий смешок, похожий на медленный выход воздуха из проколотого шарика.
– Не настолько уж все плохо, – усмехнулся Син Хэрян.
– Так вот! После смены несколько человек перевели дверь в комнату Пэк Эён в аварийный режим и вошли внутрь. В коридоре нашего блока уже темно было, вечер все-таки, они решили, что она спит. Но их ждал «сюрприз»: вместо Эён в темноте их встретил вот этот парень под два метра ростом. Чтобы не скучать, он тренировался с двадцатикилограммовой гирей, которую одолжил у Сучжон.
– Ого… И что потом?
Я невольно замер посреди лестницы, заслушавшись, но после знака от Син Хэряна заставил себя переставить ногу на следующую ступеньку.
– Мы закрыли дверь на ключ. Один успел сбежать, но мы с Чжэхи погнались за ним и поймали. К нашему возвращению все уже закончилось. Те трое, что остались в комнате, получили по полной. Особенно один – он пытался защититься рукой, но получил удар гантелью, и рука сломалась. Потом гантель упала ему на ногу. Перелом ступни.
Поделом.
Но сам Син Хэрян, один из участников событий, молчал.
– Командующий Син Хэрян, это правда?
– Не уверен. Помню только, что слушал Viva la Vida, когда они ворвались.
В душе́ я танцевал брейк-данс от захватывающей истории, которую рассказывал Со Чжихёк, но умом первым делом беспокоился о том, как они сумели разрулить ситуацию.
– И что произошло потом? Вы вызвали полицию?
– Полицию? Если вызывать ее с Гавайев, это займет… не меньше двух-трех часов. Из Кореи или Японии – еще дольше. Из США – вдвое больше. Услышав шум, остальные выбежали из своих комнат. Четверо мужиков в этой тесной комнате устроили полный хаос. Майкл, главный инженер, вызвал всех причастных и начал разбираться. Командир Син спал в комнате Пэк Эён, когда вдруг дверь распахнулась и ворвались эти парни. Они утверждали, что пришли поговорить с командиром Сином, но тот вдруг сошел с ума и набросился на них с кулаками. Майкл, может, и разгуливает с дебильной улыбочкой, но далеко не дебил, иначе не смог бы управлять станцией. Выслушав всех, Майкл спросил, зачем эти четверо пришли в комнату Пэк Эён. Этим ублюдкам нечего было ответить. Они несли какую-то чушь. Ну и… некоторое время спустя с этими парнями начали происходить «несчастные случаи» во время работы или в зале – например, один пострадал от гантели, якобы потому, что Джеймс плохо его проинструктировал. А через несколько месяцев некоторые из них были принудительно отправлены домой.
Со Чжихёк замолчал, как будто закончил объяснение. Меня пробрала дрожь, и по спине поползло неприятное чувство тревоги.
– А как насчет властей? Например, полиции или армии? Они не вмешались?
– Эту Подводную станцию до сих пор делят восемь стран, и каждая считает ее своей. О какой полиции тут вообще может идти речь? Думаю, морской царь разобрался бы быстрее. В любом случае признаюсь, я почувствовал облегчение, увидев, как Сато мучается, пытаясь есть ложкой, потому что из-за перелома не может пользоваться палочками.
– Сато? – растерянно переспросил я. – Вы говорите о Сато Рёсуке?
– Да, о нем. Полный моральный урод. Говорят, в его двадцать три или двадцать четыре у него уже есть жена в Японии, поэтому я не понимаю, какого хрена он тут вытворяет. В любом случае после драки в комнате Эён и угроз командующего Сина, что если нас не переселят в другой блок, то об этом инциденте узнают даже в самой захолустной кафешке Мозамбика, нам все-таки удалось переехать в Пэкходон. Все остальные инженеры находятся в Чхоннёндоне.
– В Пэкходоне ведь и русская команда живет?
– Да, русские оказались еще жестче. Говорят, они привязали одного австралийца к стулу и пытали его восемнадцать часов за то, что он вломился в комнату Никиты или Ирины, не помню точно. После больницы его сразу отправили прямиком на родину.
Господи… Что я только что услышал?
– Неужели нет способа наказать за такие преступления?
– Наверху вроде ведутся какие-то обсуждения, но когда будет что-то решено – неизвестно. Страны спорят о том, чьи подводные лодки могут патрулировать окрестности. Разведывательные дроны сталкиваются друг с другом и падают, а американцы заявляют, что построят свою военно-морскую базу прямо рядом с Подводной станцией, что тоже вызывает напряжение. Когда здесь возникает проблема, сразу же начинается спор о том, законы какой страны применять.
Неожиданно вмешался Син Хэрян:
