Однако, почему только русские девушки?
Вполне вероятно, что к своим соплеменницам он все же испытывает хоть какое-то чувство жалости, а вот до нас ему дела нет. Да и кто станет разбираться в смерти жалкой русской рабыни? Правильно, никто.
Ладно, допустим здесь все сходится. Но к чему тогда вся эта ритуальная лабуда про искупление? А красный порошок на пальцах у Агнеши — просто совпадение? Многовато несостыковок. Надо бы узнать, где он был на момент убийства двух прошлых девушек.
Что-то я упускаю… Мозг прямо зудел от странного ощущения — будто что-то важное выпало из моей памяти.
Так я и плелась к себе в глубокой задумчивости, не обращая ни на что внимания. Это и сыграло со мной злую шутку — глядя только себе под ноги я не заметила на своем пути препятствие. Зато само препятствие прекрасно меня заметило… Заметило и испугалось.
С громким ржанием пегий, потрепанный жизнью конь встал на дыбы, нависнув надо мной громоздкой тенью. От неожиданности я вскрикнула и попятилась назад. Ну и конечно же не удержав равновесия шлепнулась прямо на пятую точку, пачкая светлую ткань дээла в дорожной пыли. Однако возможно именно это и уберегло мою черепушку от удара по ней мощным лошадиным копытом.
Едва конь опустился на все четыре ноги буквально в полуметре от меня, то на помощь подоспел возница — уже знакомый мне старичок, увозивший тело Агнеши из улуса.
И тут меня осенило! Я вспомнила! Глеб, он же говорил, что Менгуй питает сильную страсть к русским девушкам. Может быть парень знает что-то еще об этом?
— Эй, ты в порядке? — старичок озабоченно щелкал пальцами перед моим лицом, — Арат не задел тебя? Ты уж прости, он стар и шугается всего подряд.
Я лихорадочно замотала головой, пытаясь не упустить из головы только что пойманную мысль.
— Со мной все хорошо, не переживайте, — пробормотала я, поднимаясь на ноги.
Глядя на то, как я с ошалелым видом удаляюсь с места происшествия, возница прокричал вслед:
— Давай я хоть доведу тебя до юрты!
Но я лишь отмахнулась.
Стены юрты, в каком-то смысле уже ставшие мне родными, встретили тяжелым полумраком, пропитанным затхлостью и запахом сырого дерева. Не без труда призвав стихию, я только на пятый раз смогла поджечь несколько желтых свечей из пчелиного воска. Но и это уже прогресс, раньше у меня такое получалось не чаще чем раз в три дня.
Расставив свечи по комнате, я забралась с ногами на кровать, и принялась в очередной раз ломать мозг.
Нужно придумать как выбраться в селение и поговорить с Антипом. Только вот вряд ли в этот раз я смогу уйти незамеченной, к тому же если поймают, мне точно не поздоровится.
Тогда остается один вариант… Сделать свои вылазки легальными. Придется идти на поклон к Хану, как бы мне этого не хотелось.
Но не сегодня. Уже поздно и у него вероятно гостит какая-нибудь хорошенькая наложница, а смотреть на это у меня желания нет. Так что, здравствуй крепкий здоровый сон.
Ну, по крайней мере, я надеюсь на это.
Следующий день начался гораздо раньше, чем я того хотела. Едва рассвет пролился оранжевым светом на конусообразные крыши юрт, как моя дверь распахнулась и на пороге появилась Настасья с безумным взглядом и растрепавшейся от быстрого бега косой.
— Ты что, спишь еще?! Вставай! Они же уже приехали!
Я с трудом сфокусировала заспанный взгляд на силуэте девушки, и растерянно спросила:
— Что ты несешь, кто приехал?
— Да купцы же! Ярмарка сегодня, съедется куча народу с соседних улусов! Столько всякой красоты продавать будут, и ткани и украшения всякие! Ты что, не слышала?
Настасью буквально разрывало от радости и нетерпения. Чего я совсем не разделяла.
Потянувшись до хруста, я сквозь зевок спросила:
— А нам то что до этого? Все равно же денег нет.
— Дура ты, — фыркнула Настасья, — Там же так интересно! А вечером каан подарки всем разошлет! Я так хочу новые серьги!
Болтовня девушки прилично раздражала, и я была уже в полушаге от того, чтобы выставить ее за дверь. Но вскоре она и сама умолкла, ойкнув и сочувственно посмотрев на меня.
— Ну, что еще? — проворчала я, натягивая на себя халат.
Настасья потупилась.
— Так тебе же нельзя выходить в селение… Прости, я как-то забыла.
Поначалу я пренебрежительно закатила глаза и отмахнулась — мол все в порядке, меня это вообще не волнует. Но через несколько мгновений окончательно проснулась, и до меня дошло.
Ярмарка, это же прекрасный повод посетить селение и незаметно расспросить Антипа! Нужно срочно поговорить с Ханом!
Выхватив из сундука первый попавшийся дээл и спрятавшись за ширмой, я принялась быстро одеваться, попутно расспрашивая Настасью:
— А что, на ярмарку все девушки из гарема пойдут? Прямо все-все?
— Конечно! — без сомнений ответила она.
— А сам каан? Он посетит ее?
Тут Настасья подзамялась.
— Вряд ли… Обычно он отправляет слуг со списком, чтобы купили подарки для гарема, но лично сам туда не ходит. А что?
— Просто интересно, — равнодушно пожала плечами, уже одетой выйдя из-за ширмы.
— Ну, тогда я пойду, прости еще раз, что разбудила.
Очевидно, что Настасье было невтерпеж как можно скорее попасть на ярмарку.
И, конечно, задерживать ее я не стала.
