— Ты что правда ей веришь?! Да она просто боиться что вскроется настоящая правда о том, что на самом деле никто ее и не травил! Я ни в чем не виновата, Хан! Ты же меня знаешь!
— Я уже ни в чем не уверен… — безэмоционально произнес он, и резко развернувшись, ушел, оставив нас с Лейлой вдвоем.
Я мысленно выдохнула, осознав, что Хан прислушался ко мне. Теперь я не буду мучиться и не спать по ночам, думая о том, что разрушила Лейле жизнь.
Я уже собиралась уходить, но девушка вдруг дернула меня за руку и прошипела:
— Тебе это с рук не сойдет! Решила опорочить меня в глазах Хана? Не выйдет! Я еще всем докажу какая ты мерзкая лгунья!!!
Я непонимающе уставилась на нее.
— Хватит спектакля, Лейла. Мы здесь одни, можешь прекращать разыгрывать из себя святую невинность. Мы обе знаем, что это ты пыталась отравить меня вчера.
Лейла раздраженно закатила глаза.
— Это ты прекращай! Я не позволю так унижать себя больше, уж поверь мне!
Девушка развернулась и тоже ушла.
И что это было? К чему ей скрывать все наедине со мной? Здесь только два варианта: либо она гораздо хитрее чем я думаю, либо…
Либо я ошиблась, и Лейлу действительно кто-то подставил. Но кто? Кому еще я перешла дорогу?
Понимая, что моя голова сейчас взорвется от всех этих мыслей, я направилась в сторону озера. Вода всегда успокаивала меня в тяжелые минуты.
Оказавшись у водоема, я присела на каменистый берег, и стала наблюдать за тем, как в спокойной водной глади отражается луна, совсем недавно занявшая свое законное место на небосводе.
Не знаю сколько я просидела так, но вскоре вслед за луной в воде начали отражаться и звезды. Множество звезд, которые складывались в большую сияющую дорожку под названием млечный путь. Завороженная этой красотой, я не сразу поняла, что нахожусь на озере не одна. Лишь услышав тихий всплеск воды неподалеку, вздрогнула, и повернув голову влево, увидела Хана, заходящего в озеро.
Я прекрасно видела парня, а вот он меня нет… Неподалеку от воды на берегу стоял большой валун, около которого я и сидела, привалившись спиной к прохладной гладкой поверхности. Камень полностью скрывал меня от его взора.
Не сдержавшись, я слегка подалась вперед, и стала наблюдать за тем как парень заходит в ледяную воду. В лунном свете его кожа сияла так, будто в ней тоже нашли свое отражение звезды.
Не знаю, чем я думала, подглядывая за Хаганом, но мне просто не удавалось оторвать от него глаз…
Зайдя в водоем по пояс, парень на секунду остановился, а потом нырнул в воду с головой. Прошла минута, две… А его все не было. Не на шутку перепугавшись, я подскочила на ноги, и стала метаться по берегу, выглядывая мужскую фигуру в темной водной глади.
Какого черта он решил купаться ночью в ледяном озере, да еще и пьяным?!
Прикинув, что сам он уже явно не сможет выбраться, быстро скинула кроссовки, и постаравшись отбросить все страхи, почти бегом направилась в воду. Когда мои ступни коснулись холодной воды, я вдруг почувствовала как взлетаю в воздух. С визгом приземлившись животом на голое плечо Хана, который за то время пока я высматривала его в воде, уже успел надеть штаны, я замолотила его кулаками по спине, зашипев:
— Я думала ты утонул!!! Какого черта, Хан?! Разве можно так пугать?!!! А если бы я успела нырнуть за тобой?! Между прочим я очень плохо плаваю, и моя нелепая смерть была бы на твоей совести!!! Гад!
Когда поток моих возмущений и оскорблений иссяк, Хан опустил меня на землю около того же валуна, и приблизив вплотную свое лицо, с хмельной полуулыбкой спросил:
— Значит ты готова была кинуться меня спасать, даже не смотря на то, что почти не умеешь плавать?
От взгляда парня мне вдруг стало жарко, даже несмотря на то, что с его длинных волос на мою одежду текли холодные потоки воды. Склонив голову набок, он провел большим пальцем по моей нижней губе, слегка надавив на нее, и хриплым голосом произнес,
— Даже сейчас будешь настаивать на том, что влюблена в Глеба? Он же и мизинца твоего не стоит…
— А кто стоит? — прошептала я, дрожа всем телом.
Хан покачал головой.
— Никто, рыжая. И особенно я…
После этого, он с хриплым стоном приник к моим губам, как можно сильнее вжимая талию в свое тело.
Я должна! Должна была оттолкнуть его! Но не смогла… Его поцелуи возносили меня на небеса, и тут-же с высоты роняли на землю, не позволяя сознанию опомниться в этой дикой круговерти.
— Ненавижу тебя… — единственное, что я смогла прошептать, когда Хан высвободив мои губы, приник поцелуем к шее.
— И я ненавижу… Ненавижу весь мир за то, что не позволяет мне быть с тобой…
После этих слов, поцелуи Хана стали настолько жгучими, что кожа на шее начала ныть. Но от этого я лишь еще больше взмолилась про себя о том, чтобы он не прекращал.
Когда мужская ладонь опустилась на мою грудь, я выгнулась дугой, со стоном прошептав его имя. Приняв это за зеленый свет, Хан подхватил меня второй рукой под бедра, и уложив на землю, прижался всем телом.
