– Да, я трус, но я до сих пор жив, у меня оба глаза целы, а череп не пронзила ни одна пуля, – огрызнулся Роберт, переведя взгляд с одного пленника на другого. В отличие от них, он даже связан сейчас не был. – Я ланк в мире, которым правит бог, ненавидящий ланков. Хуже того, я жрец Ильгетара – его единственный жрец! Меня всю жизнь пытались убить только за это, пока мне не удалось попасть на службу к королю. И то меня прятали в чулане, чтобы не пугать придворных моей чешуей!
– Ланк! – Истэка почти выплюнул это слово. Разговор двух нелюдей вывел его из себя: оба они были отвратительны. – Вы истинные пресмыкающиеся, только и ждущие, чтобы исподтишка вонзить свои ядовитые клыки. Это ваша суть! Суть скахтьярнов не лучше – нашла, кому говорить о трусости! Попробовала бы ты убить меня в честном бою, глядя мне в глаза! – он упер взгляд в Аленику, но та лишь презрительно прищурила единственный глаз. Как кошка, которую ругали за пакость. – Все нелюди монстры! Если бы вас не посадили на поводки, вы бы давно погрузили мир в хаос – ведь так оно и было, пока не появились люди. У слевитов нет клыков или страсти к ядам, они не посвящают жизни тому, чтобы найти и убить своих врагов, и, – вот чудо, – на них никто не охотится, церкви на них все равно! Нелюди, вы жалуетесь на свои судьбы, но на самом деле это именно то, что многие из вас заслуживают.
– Твои слова абсурдны! – заметил Роберт, возмущенный словами колдуна. – Или ты будешь утверждать обратное, будто ты невинный агнец, которого церковники утащили в подвалы, завидуя такой святости? Ты ведь тоже нелюдь!
– Я человек, – гордо заявил Истэка.
– Человек с отвратительным чувством стиля, – фыркнула Аленика, скользнув взглядом по его глазам, волосам и усам. – У людей нет таких цветов. Что за безвкусная иллюзия?
– Я…
Демонтин хотел сказать, что он таким родился, но это не было правдой. При рождении глаза у него были зеленые, а волосы темно-русые. Когда-то очень давно Истэка был тангейцем.
– Я стал таким, – произнес маг в конце концов. Когда монахи калечили его тело, кружево менялось, становилось сильнее. После того, как Истэку в последний раз ослепили, его восстановившиеся глаза стали белыми. Об этом он говорить не стал. – Моя душа не отсюда, но я человек. Я никому не причинял вреда, занимался исследованиями… церковь не должна была забирать меня. Они не имели права.
– Я всю жизнь посвятил медицине, помогал раненым и безнадежно больным, разве это, – Роберт обвел рукой комнату. – Разве это то, что я заслужил!?
Аленика криво улыбнулась. Она мечтала выйти замуж, довести Кенри до поступления в университет, а после заниматься своими детьми. Хорошими человеческими полукровками с серыми глазами Валдиса. Разве она сделала хоть что-то плохое, чтобы получить то, что она получила в итоге?
– Люди или нелюди… кто вообще видел справедливость в мире, где всем правит церковь и этот злобный божок? – произнесла нелюдь, качнув ногой.
– А ты ведь принесла клятву убить его, – вспомнил Роберт. – Убить Клевора.
Истэка удивленно взглянул на девушку.
– Я не удивлен, что тебе хватило безрассудства попытаться убить меня… Но как ты собиралась прикончить бога? До поднебесья не добраться, я однажды уже пробовал!
– Даже в поднебесье есть тени, – Аленика пожала плечами. Она ответила первое, что пришло в голову, – на самом деле она никогда не думала о том, как будет исполнять третью часть клятвы. Однако, когда слова уже были произнесены, девушка поняла, что они не лишены смысла.
– А ведь это мысль, – произнес Истэка, задумчиво потеребив усы. В его голове сложились сцены того, как скахтьярн мог бы забраться наверх, используя свою способность скользить по тени. Воспоминания о месяцах на Охмараге и подъеме на Ард полностью захватили его, он заговорил только спустя несколько минут, когда все мысли слились в одно любопытное предположение. – Я изучал вашу расу еще до того, как мне показали гробницу, нашел скрижали скахтьярнов на Охмараге. Ты не знаешь, как они могли попасть туда? Может, твоим предкам было известно, как подняться в поднебесье? Может, они не вымерли, а ушли наверх через Ард?…
Уши нелюди дрогнули.
– Ты правда думаешь, что это возможно? – осторожно спросила она, не решаясь верить в то, что сказал ученый. Вспомнились слова дракона, про единственного скахтьярна, который прожил не зря, потому что добрался до поднебесья. Что это, интересно, значило?
– Я не знаю, – Демонтин с трудом выплыл из своих мыслей и взглянул на девушку. – Но идея, кажется, интересная, не так ли?
Аленика кивнула.
– А зачем ты изучал скахтьярнов? – спросила она, помолчав немного.
– Хотел себе армию теней, как и Мартин, – решил Роберт.
– Мне хватает той силы, что у меня есть, – Истэка покачал головой. – Я хотел узнать, как вы уходите на изнанку. Думал, смогу проникнуть в другой мир, если пойму это. Потому и согласился работать здесь.
– Зачем тебе это? – удивился змей. Разговор так увлек его, что он сам не заметил, как подсел ближе к пленникам. – Разве плохо здесь, где ты один из самых могущественных существ?