Неизвестно отчего, но Андрей представил себе валков, как неких эфимерных, словно призраки, существ. «Бу-у-ууу…» – выплывали валки из кустов, и тут же становилось страшно.
– А тебя они не бояться?
– Меня?!
Чувствовалось, что мальчику очень захотелось похвастаться. Ведь, если он покажется смелым, тогда Андрей подумает, что он еще и взрослый. Хотя, спорный вопрос о тождестве данных понятий. Но пока Кирилка встречал в жизни взрослых, с открытыми к нему только положительными своими сторонами. Потому взрослый, значит смелый. Или же добрая и красивая воспитательница – Кирилка и представить не мог, что бывают еще и другие не совсем добрые и не совсем красивые воспитательницы. Но соврать он не смог, при всем большом желании извернуть дело в свою пользу, всё-таки сказал правду.
– Ну… ты поминаешь? Валки – они только детей кусают. Их нельзя не бояться.
– Кусают? – удивился Андрей. Он внимательно смотрел на мальчика и ловил каждое малейшее изменение его мимики. Увлеченность и искренняя, насколько это возможно, вера в собственные слова – были двумя постоянно присутствующими у него чертами. Все прочие эмоции приходили и уходили, а мальчик искусно играл ими.
– Быстро схватят за руку и отпускают, потом за ногу хватают. Могут до смерти закусать, – вздохнул мальчик.
– Да неужто?
Фантазия мальчика начинала беспокоить Андрея. Со слишком серьезным и озабоченным лицом говорил Кирилка. Это показалось Андрею жутковатым.
– Да, – утвердительно замотав головой, выдохнул мальчик, – они как ужасно лохматые черные кошки. У них шерсть немного колется и торчит в разные стороны. Они никогда не причесываются. И убегают, прячутся, когда взрослых людей видят.
Андрею пришлось выгонять свое неверное представление и воображать теперь исключительно правильных валков.
– Ты их видел когда-нибудь?
На этом вопросе мальчишка приуныл настолько, что вместо ответа словами только отрицательно помотал головой.
Оба замолчали. Андрей сидел и думал, какой интересный мальчишка повстречался ему.
– Его Серега видел. Он сейчас спит со всеми. Он мне рассказывал.
– А Серега твой не врет?
– Нет! Он не может врать. Он глупенький, чтобы врать.
Андрей засмеялся. Кирилка тоже стал веселиться, перестав быть серьезным ребенком. Андрей еще не знал, но Кирилка уже посчитал его за своего друга. Быстро и легко завязывалась дружба.
– Кирилл! Где ты? Кирилл! – девичий голос был полон нетерпения и звонкими колокольчиками разлетался далеко по окрестности.
– Это моя воспитательница. Никак она меня никуда не отпускает. Всегда, – Кирилка прищурил глаза и развел руками, – всегда она меня ищет и находит.
Кирилка вздыхал и не довольствовал. В его поведении было многое скопировано со взрослых – жесты, слова, мимика. Но преподносимые на взрослый манер и приправленные детской фантазией рассказы были особо интересными. Кирилка, сам веря в то, что говорит, не мог потому даже делать наигранный вид, что всё это придумано. Андрей же хотя и улыбался, глядя на забавного мальчика, но смеяться над ним, словно над немного неразумным, никак не мог.
– Пойдем, я тебя к ней провожу.
Кирилка еще раз вздохнул от подпиравшей на него безысходности и, взяв Андрея за руку, смело пошел навстречу воспитательнице.
– Она добрая, – не поднимая головы, сказал мальчишка.
Андрей промолчал.
– Заступись за меня, а? – тихонечко попросил Кирилка, осторожно поглядывая на весь белый свет.
– Хорошо, – заверил его Андрей.
По пыльной тропке – в Эльтове давно не было дождей – Андрей вел мальчика к завидевшей их девушке. Она улыбалась Андрею, будто он уже успел ей понравиться, и с некоторым бессилием поглядывала на Кирилку. У нее были светлые большие глаза, в которых плескалась доброта и мягкое душевное тепло. Андрей тут же вспомнил минутной давности слова Кирилки: «она добрая…» Это была правда. А еще у нее были пухлые щечки и коротко постриженные немного пушистые волосы. На ней было светло-розовое с мелкими цветочками платье. Андрей с удовольствием смотрел на девушку. Открытый взгляд и милая улыбка невольно заставили Андрея смотреть на девушку несколько подольше.
– Здравствуйте! – немного восторженно произнес Андрей, – это ваш человек?
– Да, – продолжала улыбаться девушка, – здравствуйте! Только вот постоянно он что-то вытворяет. Никак спокойно у него не получается.
– Кирилка так развлекается. Не ругайте его.
Мальчик засветился счастьем после слов Андрея, но изо всех сил сдерживал и прятал свою радость. И пока прятал, кажется, что-то новое пробралось к нему, и он не отложит это на потом, как можно скорее этим воспользуется.
– Уже успел с Вами подружится. А я – Аполлинария, его воспитательница.
– Андрей, – с удовольствием ответил он, – мне Кирилка успел о Вас рассказать.
Аполлинария нисколечко не возмутилась и не замялась. Будто не расслышала Андрея. Хотя, ей было просто неважно, что о ней наговорил Кирилка.
– Спасибо, что привел его. Никак не хочет в тихий час спать.
– Я тоже не любил.
