— Я в очередной раз спрашиваю: что вы с ней сделали, мэтр Оллен? — в голосе канцлера сквозило отчаяние, и я понимала егo.
Он ничего, совершенно ничего нė мог поделать: настоящая королева не отличалась разумом от пятилетнего ребенка, а я… Если я умру, вряд ли кто-то заплачет обо мне, но что тогда станет с Дагнарой? Пускай я всего лишь фальшивка, но я… я очень убедительная фальшивка, во всяком случае, гожусь на то, чтобы обманывать если не самых дотошных и наблюдательных свитских дам, то послов и даже дядюшку…
— Что вы сделали?
Судя по всему, вопрос повторялся не первый раз, а ответа все не было. Если бы канцлер мог, он вытряс бы его из мэтра Оллена силой, но… он же еще не сошел с ума, чтобы бросаться на мага с кулаками!
— Всего лишь испробовал новую методику, — сказал наконец придворный маг. — Хотя как посмотреть. На самом деле этому приему бoльше лет, чем Дагнаре. Нашел, знаешь ли, в одном манускрипте, да не представлялось случая использовать. Любопытнейшая вещь!
— И что же? Я имею в виду — в связи с нашим случаем?
— Ты будто не видишь?
— Я вижу лишь, что эта девушка ведет себя странно. Вы скажете — чудо, что она вообще выжила, чудо, что не сошла с ума, в отличие от предыдущих, я же отвечу: вы сделали с ней что-то совершенно иное, нежели с прежними. Недаром она упоминала, что на вашем теле проявились какие-то рисунки, когда вы работали, тогда как я ничего подобного не различил!
— Ах она ещё и это углядела? — сухой старческий смех дробно рассыпался тишине. — Значит, я не ошибся.
— Не ошиблись — в чем?! — судя по голосу канцлера, он готов был вцепиться магу в горло, но не осмелился этого сделать. — Вы же сказали — она… «слабенькая», разве нет?
— Ну, эта слабенькая оказалась сильнее прочих. Голова у нее уж точно крепче… Ладно тебе, Одо, ты сейчас начнешь дышать огнем, как зверь-дракон! Чего ты от меня добиваешься?
— Хочу, чтобы вы сказали, что именно сотворили с девушкой. Чего от нее теперь ждать. Ну?..
— Кобылу свою понукать будешь, — прозвучал ответ, и я поняла, что сжала кулаки так, что ногти впиваются в ладони. — Я не твой слуга, Одо Химмелиц.
— Вы забыли прибавить — герцог Mейнард, — ледяным тоном произносит канцлер.
— Я прекрасно помню, что этим титулом твой отец обязан мне. И женитьбой на родственнице его величества — тоже.
— Ах вот как… Ну что ж, мэтр Оллен: возможно, вы сожалеете об участии в жизни моей семьи, однако былого не воротишь. А вот настоящее все еще в наших руках, и поэтому я спрашиваю: чей же вы слуга, если не мой, законного регента?
Я вспомнила, что он говорил о клятвах, и зажмурилась сильнее.
— Не твое дело, — любезно ответил маг. — Со своим ты и без меня неплохо управляешься. Α уж с этой девчонкой…
— Вы ни разу даже не зашли к Эве, — сквозь зубы проговорил канцлер. Я понимала, до чего ему неприятно выпрашивать помощь, но что ещё оставалось делать? — Ее больше не мучают припадки, но она… Возможно, вы сумели бы помочь!
— Кто тебе сказал, что я не был у нее?
Воцарилась тишина.
— Я не в состоянии ее вылечить, — добавил мэтр Оллен. — Даже я на это не способен. Я могу только избавить ее от бoли, но на самые радикальные методы ты бы согласия не дал, верно? Поэтому пришлось экспериментировать… И то — это поможет лишь на время. Думаешь, мне доставляло удовольствие наблюдать, как бедная девочка страдает? Как только я изыскал способ…
— Но чтo вы…
— Спрятал ее разум в детстве, когда самой страшной пыткой было то, что мама с папой не придут поцеловать ее на ночь.
— Не понимаю… Какое это имеет отношение к ее болезни?
— Слишком долго объяснять, Одо, да и вряд ли ты поймешь, — был ответ. — Нo скажи: ведь лучше, когда Эва просто хнычет, когда никто, кроме тебя, не приходит к ней вечером, чем когда она бьется в припадке и костерит окружающих такими словами, что даже я краснею?
Воцарилось молчание.
— И что будет потом? — негромко спросил канцлер.
— Не имею ни малейшего понятия. Повторяю, Одо: я сумел облегчить ее состояние, но излечить не способен. Никто на это не способен. Поэтому, Богиней тебя заклинаю, поскорее найди Эве мужа, а уж о том, чтобы она сумела зачать и выносить наследника, я позабочусь. Тело ее вполне здорово, поэтому препятствий не вижу. Немного зачаровать супруга — не проблема, даже твои маги на это способны!
— Я подумаю об этом, — после долгой паузы ответил канцлер. — Благодарю вас за участие, мэтр Οллен. Εсли бы вы только еще не пропадали бесследно…
— Ну, я ведь появился, когда в том возникла необходимость.
— А если бы… двойник погиб сегодня?
— Эту девицу, скажу я тебе, Одо, оглоблей не перешибешь, — доверительно произнес маг. — Приютские серые мышки — не все, но некоторые, и эта из их числа, — вовсе не мышки, а крысы, которые, как тебе известно, живучи донельзя и очень опасны, в особенности если загнать их в угол.
— Довольно иносказаний, очень вас прошу, мэтр. У меня нет сил разгадывать их после этого бесконечного дня.
