— Хорошо. Искренне надеюсь, что ты не сделаешь им больно. Ступай.
«Вряд ли это что-то серьезное, — думал мужчина, провожая Ичиго взглядом.— Скорее они его привлекают, чем он в них влюблен».
«Не слишком ли ты бережешь своих дочерей? — вдруг заговорила Ёроони.— Помнится, ты не особенно трепетно относился к сестре и своим… дамам» — с изрядной долей ревности.
«Ревнуешь?» — мысленно фыркнул мужчина, находя свою любимую беседку рядом с ручьем. Рука провалилась в пространственный тайник, сделанный с помощью пары пространственных кидо, и извлекла оттуда очередной свиток из тех, которые Кеншин без разбору стащил из хранилища запрещенных и опасных артефактов.
«А если и так? — взвилась Ёроони.— А если и ревную, то что? Ты о нас никогда так не заботишься, как об этих… дочерях. Я тоже хочу, чтобы ты меня так оберегал…»
«Ага, говорит особа, которая является воплощением моей жажды сражения», — мысленно рассмеялся Кеншин, старательно отгораживая себя и беседку от всего остального мира— такая мера предосторожности не раз спасала его семью и от сюрпризов, которыми были напичканы подобные свитки, и от случайно прочтенных вслух заклинаний кидо.
«Хозяин, — вмешалась Кьюкетсуки и, судя по звукам, заткнула рот возмущающейся Ёроони ладошкой.— То, как вы пытаетесь уберечь девочек от боли, мне кажется неправильным. Они должны уметь терпеть».
«Предлагаешь мне подложить Ячи и Ичи под этого сопляка?» — мысленно рыкнул Карасу, готовясь отправиться во Внутренний Мир и наподдать своим занпакто за подобные намеки.
«Я не это хотела сказать, — Кьюкетсуки от души приложила Ёроони по темечку и аккуратно уложила на песок, возвращаясь к мысленному диалогу с хозяином.— Вам придется отпустить их, и что тогда? Вы не сможете постоянно хранить своих девочек, они вырастут… и, когда им причинят боль, они не будут знать, как с этим справляться».
Мужчина медленно выдохнул, рассматривая свиток в руке. Похоже, ему будет не до разбора сокрытых здесь знаний, а потому свиток отправился обратно в пространственный тайник. Занпакто… он давно заметил, что ход их мышления точно такой же, как и у него, что не удивительно. А еще то, что они всегда судят объективно и трезво.
«Думаю, что ты права, — решил Карасу.— По моей вине им уже причинили боль и едва не изнасиловали. Я не досмотрел. И теперь я буду ограждать их столько, сколько смогу».
— Хозяин, не вини себя, — тихо произнесла Кьюкетсуки, материализуясь рядом с Кеншином и садясь на лавочку рядом с ним. Впервые за несколько десятилетий Кеншин был настолько удивлен и шокирован. Так его не шокировало даже известие о беременности Шаолинь. Занпакто…материализовался мало того, что против его воли, так еще и в обход его сознания, он этого не почувствовал!
— Кьюкетсуки…
— Пожалуйста, — тонкий пальчик лег на его губы, а красные глаза отразили такую отчаянную мольбу, что Кеншин примолк.— Пожалуйста, хозяин, можно мне немножко побыть с вами? Просто так, не ради тренировок…
Кеншин справился с удивлением и кивнул, чувствуя, как дух занпакто обнимает его руку. Локоть немедленно провалился в глубокое декольте, Кьюкетсуки лукаво улыбнулась и прижалась в хозяину сильнее.
— Кьюкетсуки, ах ты сучка! — взвизгнула Ёроони, материализуясь слева от Кеншина. Мужчина не удивился: раз незаметно материализовалась Кьюкетсуки, то и Ёроони более чем способна на это.— А ну отклеилась от моего хозяина!
Разумеется, Кьюкетсуки только хихикнула и прижалась сильнее, а в алых глазах зажегся торжествующий огонек. Ее напарница возмущенно фыркнула и полезла разбираться.
— Ёроони, — Кеншин ловко поймал пылающую праведным гневом девушку за талию и прижал ее к себе слева, не позволяя Ёроони помешать Кьюкетсуки.— Не ссорьтесь, девочки, лучше идите ко мне.
— Хозяин…— растроганно выдохнули две девушки и прильнули к нему. Кьюкетсуки бросила взгляд пониже ремня и отметила, что ее грудь, обхватившая плечо хозяина, никак на него не повлияла. «Оно и к лучшему», — пораскинула мозгами девушка и прикрыла глаза, наслаждаясь присутствием хозяина. Все занпакто при правильном общении с ними проникаются теплыми чувствами к хозяину, и характер чувств зависит от психологического возраста занпакто и хозяина. Это может быть покровительственное отношение, какое было у Хёринмару к Хитсугае, это может быть дочерняя любовь, как у Сузумебачи к Шаолинь, чаще всего это теплые дружеские чувства, потому что обычно занпакто одного возраста и пола с владельцем. Это может быть и любовь, как у Катен и Кьекотсу к Кьераку или как у Кьюкетсуки и Ёроони к нему.
Шаолинь сразу же почувствовала появление лишних реацу рядом с Кеншином. На одну реацу она не отреагировала: пусть неизвестный и силен, Кеншин сильно не любит, когда в его схватку вмешиваются. Но когда менее, чем минуту спустя, появился еще один…
Девушка решительно бросилась на помощь и застала крайне умильную картину, от которой в груди загорелось пламя ревности. И лишь через несколько секунд она узнала этих девушек, хотя видела их лишь дважды. Кьюкетсуки и Ёроони, духи занпакто Кеншина.
