Я был в Шотландии как раз в момент ее триумфа, когда на первых полосах газет — и не желтых таблоидов, а вполне себе деловой прессы — все прочие новости, включая военные и кризисные, оттеснялись сообщением о том, что Бойл выщипала брови. «Сьюзан, совсем другое дело!» — восклицал гигантский заголовок на развороте. Неделями тянулись дискуссии — это подстава или она действительно такая? Вдруг загримированная звезда? За всеми этими спорами упускался тот факт, что Сьюзан Бойл, в общем, так себе певица, что вся ее карьера продолжалась пока 12 секунд, что национальной героиней ее сделало невинное чудачество плюс святая убежденность рядового зрителя, будто и в нем дремлют неведомые миру таланты, надо лишь преодолеть робость и шагнуть под софиты… На глазах сбывается давний прогноз Энди Уорхола насчет пятнадцати минут славы, на которые в XXI веке получит право каждый. Уорхол не учел главного: для кого-то эти пятнадцать минут обернутся катастрофой.
В России похожая история уже была — покончил с собой алтайский уроженец Александр Малютин, в одночасье ставший звездой благодаря «Минуте славы». Он играл на пианино задом наперед — отвернувшись от инструмента, а также изображал ногами «собачий вальс». Вот трагическая ситуация, занятная, однако, для социолога: шоу-бизнес во всем мире устал от звезд и начинает рекрутировать добровольцев из народа. Круг признанных знаменитостей узок, они повторяют себя — нужна свежая кровь, и разнообразные фабрики звезд заработали по всей Европе. Эта же история — телевидение превращает бедняка в мегазвезду — рассказана в «Миллионере из трущоб» другого Бойла — Дэнни. Дэнни Бойл остановился на самом счастливом моменте — герой стал миллионером; каков будет обратный путь — к жизни в стойле, из которого так просто не выпрыгнешь, — рассказал киевский журналист Дмитрий Комаров, съездивший в Мумбай на поиски детей, сыгравших в «Миллионере». Они прославились, заработали приличный по индийским меркам и смешной для Голливуда гонорар — и вследствие беспрерывных фотосессий, да еще под гнетом так и не отступившей нищеты превратились в маленьких монстров, ежеминутно впадающих в истерику. Ничего не поделаешь, у большинства народных звезд развивается болезнь вроде кессонной. Хорошо Сьюзан — главный приз достался не ей, но это всего 100 тысяч фунтов, а у нее уже контрактов на 8 миллионов. У Малютина контрактов не было, а тур сорвался.
Восхождение звезд из народа будет стремительно, расплата за него — почти всегда катастрофична, но ведь именно этого мы подсознательно ждем, наблюдая за новыми реалити-шоу. Разве нет?
Когда еж закрывает глазки, ему кажется, что опасность перестает существовать. То есть он и сворачивается при этом, конечно, но прежде всего очень крепко зажмуривается. Мы уже говорили, что российская экономика определяется не цифрами, а буквами: скажут, что кризиса нет, — и он исчезает, и в Москве опять пробки, а население знай себе берет кредиты на нечеловеческих условиях. Теперь синдром ежа принял новые формы: глава Ногинского района Подмосковья В. Н. Лаптев запретил муниципальным руководителям и служащим употреблять словосочетание «финансовый кризис». Запрет вводится «в целях сохранения и улучшения социально-экономических показателей, достигнутых Ногинским муниципальным районом за предыдущие годы, и недопущения снижения „под шумок“ предприятиями района налоговых отчислений».
