— Это только сейчас, — назидательно сказал Порфирий. — А о будущем кто думать будет, Анна Витольдовна? Хотите, чтобы Порфирий Григорьевич вам тут бегал кабанчиком, то стакан воды поднести, то очки поискать, когда вы в пряже петлю рассмотреть не сможете, м?
— Если вы намекаете, что вам хочется закусить рыбку индейкой, так и скажите, — с неловкой улыбкой ответила Анна.
Она поднялась из-за стола, нашла в кухонном шкафу оставленный прислугой ужин и поднесла к коту.
— Не то, чтобы я это имел в виду, — с полным ртом прочавкал Порфирий, — но грех отказываться от такого щедрого предложения. Но вы всё же подумайте, подумайте, любезная. Вон, господин доктор-то вам вовсю глазки строит.
Анна сердито дернула плечом.
— Он меня скорее пугает, чем привлекает, — сказала она. — В нём есть что-то отталкивающее на подсознательном уровне. Будто кажется приличным человеком, стихи почитает, руку подаст при выходе из машины, а сам дома собирает коллекцию отрезанных голов животных.
Порфирия всего передернуло.
— Ну у вас и сравнения, Анна Витольдовна, — сказал он. — Давайте уж хоть не за едой про такие ужасы. Это у вас профессиональная деформация от службы, точно вам говорю.
— Может быть, — она пожала плечами. — Но мне как-то было некогда задумываться о таких мелочах.
— А теперь свободного времени полно, — заметил Порфирий, вгрызаясь в кусок индейки. — Вот и подумайте. Это Глеб Яковлевич у нас пока что молодой, да шутливый. Ничего, подрастет, тоже почерствеет.
— Кстати, интересно, чем он сейчас занят? — спросила Анна.
— Да кто же его знает, — кот неопределенно взмахнул пушистым хвостом. — Либо выслушивает сейчас головомойку от Князева, либо нашел себе какие-то новые приключения на свою буйную головушку. За ним глаз да глаз, только я отвернусь, а он то на дуэли стреляется, то в тюрьме нары пролеживает. Ни минуты покоя с ним.
— Это точно, — рассмеялась Анна. — С Глебом Яковлевичем не заскучаешь, истинный магнит на всякие неприятности.
— Вот-вот. Так что возьмите, да позвоните в управление, спросите, как у него дела. А то никакой заботы от вас, а Глеб, тем временем, может уже в какую-то перестрелку влип, только и ждет новостями поделиться.
— Ладно, вы правы. Просто узнаю, что там происходит.
Анна сняла телефонную трубку, попросила барышню соединить с полицейским околотком, долго ждала ответа.
— Вечер добрый, это Воронцова. Глеба Яковлевича могу услышать?..
Пока она молча слушала собеседника на другом конце провода, её лицо изменилось так сильно, что Порфирий, увидев это, встревоженно спрыгнул со стула, взметнул хвост трубой и подбежал ближе.
— Что случилось? — зашипел он, готовый немедленно срываться и рвать всех когтями.
Анна повесила трубку на рычаги.
— Князев мертв, — сказала она ровным тоном. — Он пытался убить Буянова. Сейчас там вся полиция Парогорска…
— Что с Глебом?
— Сказали ранен…
— Так что мы стоим-то⁈ — Порфирий завертелся на месте. — Едем скорее, скорее!
Этот день выдался, наверное, одним из самых неспокойных в истории Парогорска. Ещё несколько часов назад вся полиция стянулась на задержание сектантов, а сейчас уже перед домом Князева все те же уставшие, заспанные лица осматривают особняк, собирают аурографии.
— Где Глеб? — Анна схватил Кузьму Макаровича за рукав.
— В участок отправился.
— Что с ним? Мне сообщили, что он ранен, насколько серьёзно?
Хотя Анна пыталась придать голосу привычную холодность, но тревога всё же прорвалась.
— Да сущая ерунда, — попытался утешить её Кузьма Макарович, — получил немного по голове, но он держался молодцом, как с гуся вода. Дело житейское, в нашей профессии, сами знаете, сплошь и рядом под такое можно попасть. Поехал Буянов в участок, там сейчас. А вот Князеву не так повезло.
Старый сыщик устало потёр глаза, глянул на мертвого начальника, покачал головой, сердито вздохнул.
— Тот уже всё, на небесных кущах заседает. Или в аду жарится, это как посмотреть.
— Вы можете уже нормально рассказать, что произошло? — прошипел Порфирий.
Кузьма Макарович развёл руками.
— Да мне немногим больше вашего известно, — сказал он. — Позвонил шофёр наш в участок, тут, дескать, господин Буянов сказал, что ему нужна здесь срочная помощь. Я примчался, Глеб тут в крови весь…
Увидев, как побледнела Анна, тут же торопливо добавил:
— Да там царапина, только кожу рассекло. Сущая ерунда. Отправил его в участок на служебной машине, с шофером.
Он поманил за собой, они вошли в особняк, где на столе были аккуратно разложены опаленные папки.
— Вот, мы прибыли. Господин Буянов сообщил, что Князев на него напал, завязалась борьба. Князев в морг отправился, Глеб Яковлевич в участок. Передал, что эти папки очень важны, да и всё. Как вернется, так уж, наверное, расскажет всё в дополнительных деталях-то.
— Вы проинструктировали водителя, чтобы он проследил за Глебом Яковлевичем и сразу позвонил доложить о его состоянии? — строго спросила Анна.
В её голосе сплелись одновременно и страх, и строгость и привычная отстраненная холодность. Кузьма Макарович пожал плечами.
