— Необычен был не только дом, но и его хозяин. Я тогда только начинал работу в медицине, но до меня, как и до многих других, доходили слухи. Будто господин Люмэ открыл тайну вечной молодости, и в подземелье его дворца хранится не то книга знаний, не то некий артефакт, который позволяет в миг превращаться из старика в юнца. Тогда меня это не особо интересовало, — эскулап хмыкнул. — А теперь, пожалуй, я бы хотел почувствовать на себе его воздействие.
— Мне кажется, это похоже на секту, которую мы разоблачили месяц назад. Компания странных людей, верующих в чужие миры, сумасшедшие и не больше.
— Всё может быть. Однако поговаривали, что сам император побывал у Люмэ, а даже для слухов это высокий ранг.
— Что ж, допустим, этот Люмэ был шарлатаном и фокусником. Куда же он делся? — поинтересовалась Анна, предвкушая очередную порцию баек.
— Сгорел, — просто ответил Казимир Игнатьевич. — В доме случился пожар, и вся эта фантазия выгорела подчистую. Вместе с ней погиб и его хозяин. Но знаете что? Поговаривали, что тайник с сокровищами Люмэ так и остался нетронутым и до сих пор скрывает свои секреты.
— Уверена, что после пожара там побывало достаточно кладоискателей.
— Вы совершенно правы. И, насколько мне известно, ничьи поиски не увенчались успехом. Но о чём нам это говорит?
— О чём? — Анна улыбнулась трубке. — О том, что это всё бредни и сказки доморощенного мага?
— Или о том, что они не там искали, — предположил эскулап. — Впрочем, есть вариант, что их нашли, но, конечно же, не стали кричать об этом на каждом шагу, и теперь в мире имеется счастливчик, обладающий сокровенным знанием.
— Или артефактом, — напомнила Анна.
— Или так, — согласился Казимир. — Ну что, удовлетворил ли я ваше любопытство, Анна Витольдовна?
— Вполне, благодарю.
— А теперь вы ответьте: как вы связаны с этой историей пятидесятилетней давности?
— Пока что и сама не знаю, — призналась Воронцова. — Но обязательно разберусь, чего бы это мне ни стоило.
— Будьте аккуратней, родная моя, — попросил эскулап.
— Буду, — обещала Анна и, попрощавшись, повесила трубку.
Несмотря на то, что история о вечной молодости выглядела крайне неправдоподобно, интуиция подсказывала Анне, что именно из-за чертежей этого дома погиб крестный Марфы. А значит, стоило немедленно посетить его коллегу — господина Щукова.
Открыв справочник, Анна принялась искать адрес архитектора и уже через пару минут выходила из агентства с чёткими намерениями немедленно отправиться к Щукину. Однако не успела она запереть дверь, как услышала призывный стук в окно.
В приметы Анна не верила, но и возвращаться не любила. Впрочем, не открыть Порфирию Григорьевичу было бы бесчеловечно с её стороны. Поэтому она вернулась в кабинет и распахнула окно.
— Ну, наконец-то! А то стучу, стучу, и всё зря. Ещё и свет погасили, будто уж меня тут никто не ждёт, — заворчал кот, спрыгивая на пол. — А между тем я умаялся за день и жажду вкусного ужина и светской беседы. Можете ли вы мне обеспечить и то, и другое?
— Я почти уверена, что в этот момент у меня дома стынет еда, приготовленная заботливой Марфой. Но, увы, у меня покамест иные планы. Поэтому, Порфирий Григорьевич, я могу вам предложить либо направиться со мной, либо оставаться тут в гордом одиночестве, — призналась Анна.
— Ну уж нет. Одиночества мне по горло хватает в другое время. Сейчас я предпочту вашу компанию, даже если она не приведёт меня к накрытому столу, — фыркнул кот.
— Почту за честь, — Анна сделала книксен. — А что, Глеб Яковлевич уже не столь хорош для вашей компании?
— Он нынче занят. А я — нет, вот и вся разница, — Порфирий дёрнул хвостом. — Ну так что, куда едем?
— К господину Щукину. Архитектору, — поделилась Анна, вновь отворяя дверь.
— Что ж, пусть будет архитектор. Но только после — чур, домой!
— Постараюсь оправдать ваши ожидания, Порфирий Григорьевич. А сейчас нас ждут дела.
Кот согласно кивнул и первым прошествовал к паромобилю.
Несмотря на дрянную погоду и заснеженные дороги, до переулка Столярного доехали без эксцессов. И хотя кот всю дорогу ворчал на водителей и извозчиков, изредка ввертывая крепкое словцо, в целом даже он остался доволен поездкой.
— Так, безусловно, удобнее, чем бегать лапами по колкому снегу, — объявил он, выпрыгивая из машины. — Вы, люди, о себе позаботились, а должны бы позаботиться и обо мне.
— Стараемся изо всех сил, — отозвалась Анна. — Ты не видишь, где тут седьмой дом?
— Вижу. Это тот, что с разбитым фонарём. Идёмте, Анна Витольдовна, проведу вас вперёд, как слепого котёнка, — смилостивился Порфирий.
Зайдя вдвоём в парадную, они поднялись на мансардный этаж и, отыскав нужную квартиру, Анна крутанула ручку звонка.
Тренькнуло. Затем послышались шаги, и дверь отворила пожилая женщина. Седые волосы были убраны в чепец, поверх тёмного платья — такая же тёмная шаль.
— Добрый вечер, сударыня. Я — Воронцова Анна Витольдовна, частный детектив. Скажите, могу ли я увидеть господина Щукина?
Женщина посмотрела на неё долгим взглядом и кивнула:
— Можете. — И тут же добавила: — На Разумовском кладбище.
