— Боюсь, сегодня мы не станем спать, — проворчал Порфирий. — Вот вы ложитесь именно там. — И, предвосхищая возражение вдовы, пояснил: — Если кто и появится, так станет вас искать в вашей спальне, и это даст нам время его обезвредить. Правильно я говорю, Анна Витольдовна?
— Безусловно, — согласилась Анна.
Повздыхав и поохав, вдова всё же согласилась на их доводы и, удалившись на покой в гостевую, оставила кота и Анну одних в кабинете покойного супруга.
— Никогда не любил сидеть в засаде, — признался Порфирий, устраиваясь за секретером. — Крайне нудное занятие.
— Разве для котов это не первостепенный навык? — усмехнулась Анна. — Затаиться, выждать, поймать.
— Тунец и жареная уточка так не ловятся. А до остального мне нет дела, — фыркнул кот. — А если вы, многоуважаемая, намекаете на мышей, то я крайне огорчён вашей предвзятостью.
— Ни в коем разе, — заверила Анна, скрываясь за портьерой.
Часы пробили десять вечера, затем одиннадцать и полночь. Царившая в квартире тишина давила на уши. Чудилось, что весь мир вымер, осталось лишь дыхание да цокот стрелок за стеклом.
Анна осторожно повертела головой, разминая затекшую шею. Возможно, Порфирий был прав, и документы давно украли. А может, они и вовсе никому не нужны, и всё необходимое вор нашёл у покойного Жукова. Однако внутреннее чутьё заставляло оставаться на месте
Когда стрелки показывали половину третьего, а глаза уже слипались, намекая на сон, Анна услышала скрежет. Тихий, почти неразличимый. В первый миг ей пришло в голову, что это Порфирий скребёт паркет, однако звук отличался. Больше походило на то, что царапают стекло. Чуть выглянув из-за портьеры, она увидела, что окно заволокло морозной вязью, что в целом неудивительно, ведь зима же. Однако в нижней части медленно появлялась царапина, точно кто-то скребся снаружи, желая попасть в дом. Вот царапина замкнулась, образовав круг. Раздался треск, и часть стекла исчезла. В образовавшуюся дыру просунулась рука и, нащупав замок, повернула его.
Раздался щелчок, после чего фрамуга тихо распахнулась, и вместе с морозом в комнату проник человек. Тёмная одежда превращала его в часть теней, царивших в кабинете, отчего рассмотреть лицо не было никакой возможности.
Анна прищурилась, используя особый взгляд, и поджала губы. Перед ней был маг. Его аура так и светилась силой. Мужчина, а Воронцова решила, что это именно он, принялся рыться среди бумаг, вероятно, ища папку или нечто иное.
Вот он прошёл вдоль полок, быстро оглядел стол, используя световой пульсар вместо фонарика. Затем двинулся к секретеру и, отворив его, почти сразу схватил синюю папку.
Ждать дальше не имело смысла:
— Стоять на месте! Вы арестованы, — заявила Анна, направляя на грабителя руку, окутанную сиянием.
Не ожидавший такого приёма, вор подался назад и умудрился наступить на кота.
— Да чтоб вас! — взвыл кот, вцепляясь в отместку когтями в ногу обидчика.
Человек вскрикнул, выронил папку и одновременно с этим махнул рукой. Воздух задрожал от используемой магии, и Анна едва успела отшатнуться, как мимо неё, будто разъярённые осы, пронеслись ледышки. Одна из них скользнула так близко, что оцарапала Воронцовой щёку.
Охнув, она отвлеклась лишь на миг, но этого хватило, чтобы вор метнулся мимо неё и кувырком выскочил в окно.
— Держи его! — заорал Порфирий, устремляясь следом.
— Осторожнее! — только и успела выкрикнуть Анна, как оба исчезли из виду.
Не желая оставаться в стороне, Воронцова, подхватив юбки, перелезла через подоконник. Поскальзываясь на покрытой снегом крыше, она присоединилась к погоне.
Увы, чужак был куда быстрее. Тогда Анна замерла на месте, прицелилась и выпустила ряд пульсаров. Большинство не достигли цели, но один успел таки зацепить грабителя.
Удар магии пришёлся аккурат в спину. Вор пошатнулся, замедлился. Этого хватило для Порфирия.
Догнав злодея, кот с боевым криком кинулся вперёд и вцепился тому в бок.
Вор, в свою очередь, вновь отмахнулся. Ещё одна порция сосулек понеслась над крышей.
Анна пригнулась, собралась с силами и выстрелила ещё раз.
— Лишь бы не задеть кота, — пронеслась в голове мысль.
Грабитель, успевший скинуть с себя Порфирия, прыгнул через проулок.
Пульсар Воронцовой настиг его в полёте. Тело незнакомца дёрнулось, обмякло. Долетев до противоположной крыши, он ударился и скользнул во тьму.
Чертыхаясь, Анна добралась до того места, где вор боролся с котом. Порфирий сидел у самого края и, вылизывая бок, то и дело поглядывал вниз.
— Где он? — тихо спросила Воронцова.
— Там, — буркнул кот. — Прилип к брусчатке.
— Что ж, это не тот результат, на который я рассчитывала, — призналась Анна.
— Ещё бы! — фыркнул Порфирий. — Как скажите, на милость, мы его допросим и узнаем, зачем ему все эти чертежи полувековой давности? Ну? Нет, Анна Витольдовна, право слово, я вам удивляюсь. — Объявил он и, гордо задрав хвост, направился обратно к распахнутому окну.
— Итак, ещё раз поясните мне, с какой целью вы устроили засаду в доме госпожи Щукиной? — Пожарский, прибывший на место гибели незнакомца вместе с Кузьмой Макаровичем, сверлил Анну взглядом сквозь стекла лорнета.
