— Стой, — окликнул его Константин. — Не стоит тебе показываться на людях, не знаю где ты остановился, но давай-ка мой шофёр отвезёт тебя, чтобы глаза не мозолить горожанам.
Глебу не хотелось, чтобы кто-то узнал где его укрытие, но в словах Рубченко была своя правда, и он согласился.
Через четверть часа машина по его просьбе остановилась на перекрёстке. Хлопнув дверью, Глеб поглубже натянул кепку и прежде чем направиться к гостинице, принялся не хуже зайца петлять дворами и проулками, надеясь, что так, даже если шофёр Рубченко или ещё кто из слуг, должен проследить его путь, то у него ничего не получится.
Когда он и сам едва не заплутал, да к тому же пару раз наткнулся на судачащих о последних новостях дворниках, Глеб решил вернуться на исходную точку, и уже оттуда двигаться так, как велела Воронцова.
Укрытие нашлось именно там, где и обещала Анна. Двухэтажное кирпичное здание с узкими оконцами и плоской крышей отчего-то напомнило покинутую им недавно тюрьму. С другой стороны, здесь не было решёток и проклятого порошка в стенах, отбирающего силу, а значит даже без револьвера Глеб всё же был вооружен, хотя его способности к боевой магии всё ещё оставляли желать лучшего.
Отворив скрипучую дверь, он оказался в полутемном коридоре. Единственная лампочка тускло мерцала у конторки, за которой устроился тощий мужичок со столь унылым лицом, будто все скорби небесные имели к нему прямое отношение. Миновав унылого консьержа, который не то что не задал вопроса, а даже не оторвался от «Парогорского вестника», Глеб дошёл до своей комнаты и только оказавшись внутри понял, как устал. Всё это время он действовал на адреналине: сначала побег, потом разговор с хозяином казино, и вот теперь он наконец-то там, где его не найдут.
Забыв о том, что начальница велела запастись едой, чтобы лишний раз не высовываться, он прямо на пол кинул сюртук и кепку. Стянул измазанные в глине ботинки и завалился спать.
Сон поглотил его сразу же, к сожалению, одарив кошмарами, прервавшимися лишь с приходом старых знакомых.
Первым в гости явился Порфирий Григорьевич. Кот привычно постучал в окно и для пущей важности взвыл так, что Глеб едва не свалился с кровати, приняв кошачий ор за вой сирены в тюрьме.
Завидев мохнатого друга, он поспешно пустил его в комнату и едва передвигая ноги, принялся умываться. В отличие от его прежней квартиры, таз и кувшин с водой стояли тут же в углу, так что далеко идти не пришлось.
— Да уж, — задумчиво произнёс Порфирий, — из одних хором, да в другие, плохи твои дела, Глеб.
— Догадываюсь, — согласился он.
— Да какой там, — фыркнул кот. — Нынче твоё лицо с каждой газетёнки пялится. А аура всем служакам роздана, начиная от дворников, заканчивая служивыми, так что сиди тише воды ниже травы и нос отсюда не кажи.
— А я даже еды не купил, — вздохнул Глеб — Да и где бы посреди ночи-то, лавки закрыты, а доставок тут нет.
— Не царь, чтоб тебе на дом еду несли, — согласился кот, — но с этой бедой я тебе помогу.
— Спасибо, Порфирий, за всё спасибо, — признался Глеб, сообразив, что так и не поблагодарил кота за побег. — Если бы не ты, грел бы я сейчас нары, если не валялся с перерезанной глоткой.
— Да, без меня никак, — важно согласился кот отворачиваясь, но потому как он запрокинул мордочку стало ясно, благодарность принята.
— Если не сложно, то ещё просьба имеется, — обратился к нему Глеб. — Сообщи Анне Витольдовне, что разговор имеется, и чем скорее, тем лучше.
— Я тебе кто? Кот на побегушках? — фыркнул Порфирий.
— Ты мне друг, — твёрдо сказал Глеб.
— Вот умеешь ты льстить. — Кот зевнул. — Ладно, пойду прогуляюсь, а там может и к госпоже Воронцовой загляну, но ничего не обещаю.
— Дело жизни и смерти, — взмолился Глеб.
Кот мазнул по нему зелёным взглядом, вальяжно направился к окну и уже будучи на подоконнике ответил:
— Жди вечера.
И Глебу ничего не оставалось, как ждать. А покамест он достал книгу, вынесенную из тюрьмы, и, стараясь не обращать внимание на голод, продолжил чтение.
Автор всё так же пространно размышлял о недрах земных, периодически делясь фактами. Текст казался то заумным, то наоборот полным воды. Единственное на что Глеб обратил внимание, так это что гаганит, находясь рядом с кристаллическими породами, обладает интересной, с точки зрения минералогии, способностью наделять их своим цветом. Вот и вся мудрость.
Анна пришла, когда на улице стемнело, а вместе с ней вернулся и кот.
— Почему-то я так и думала, что вы не станете утруждать себя покупкой продуктов, — заявила она с порога, протягивая Глебу сумку. — Держите. Но запомните, я в посыльные не нанималась.
— Как и я! — подал голос Порфирий Григорьевич и запрыгнув на кровать принялся вылизывать лапку.
— Извините, Анна Витольдовна, что обременяю, но говорят я теперь знаменит, так что воздержусь от прогулок. Хотя есть у меня одна мысль… — начал Глеб.
— Мне уже не нравится, — фыркнул кот
— Вы же всё равно сделаете по-своему, так хоть расскажите, что у вас на уме. — Анна села на край стул и внимательно посмотрела на Глеба.
