Дав на проходной пропуска, Тома и Билла проводили в комнату свиданий. Светлая комната с множеством красных пластмассовых столов и стульев. На подоконниках комнатные плетущиеся цветы. На стенах картины, видимо, работы заключённых. Ничего лишнего, всё со вкусом, как бы это ни было парадоксально, и с ощущением уюта.
Том стоял у окна, когда привели Роберта. Конвоир снял с него наручники и скрылся за дверью, запирая с той стороны замок. Каулитц-старший прошёл к столу, за которым сидел Билл, и с улыбкой сказал:
- Билл?! Не ждал. Думал, ты совсем исчез из Фрайбурга, - он сел за стол, складывая руки в замок на столе.
- Так вышло, - уклончиво ответил Билл. Ему было неуютно рядом с дядей и тем, кто его арестовал. Он чувствовал вину за это.
- Вижу, ты неплохо с копами общаешься, - хмыкнул Роб и посмотрел на Тома. – А ты знаешь…
- Да, знаю, - перебил его мальчишка. – Мы пришли поговорить о другом.
- И о чём же? – развалившись на стуле, полюбопытствовал Роберт. – Решили обсудить моё право на досрочное? Так не надо. Мне всего полгода осталось. Потерплю, - язвительно проговорил старший Каулитц.
- Дядя, ты можешь быть серьёзным? – строго спросил у него Билл.
- О, как! – хмыкнул Роберт, удивлённый поведением парня. – А ты, оказывается, вырос.
Том не вмешивался в их диалог, предпочитая быть сторонним наблюдателем. Но в случае чего мог помочь своему парню.
- Так о чём ты хотел поговорить? – поинтересовался Роберт. – Знаешь, в этих стенах ужасно скучно, навещают редко, поговорить не с кем, - пожаловался мужчина. – Развеселишь старика?
- Развеселю, - едко отозвался Билл. В этом они с Робертом были очень похожи – оба умели словами бить, да побольнее, чтобы встать было трудно. – Тридцать лет назад ты был копом. Помнишь?
- Допустим, - уклончиво ответил Роб.
- Ты вёл дело серийного маньяка, оставлявшего возле своих жертв игральную карту, - продолжил Билл.
- Хм! – Каулитц-старший улыбнулся. – Ты решил меня навестить, чтобы узнать, кто это был?
- А ты знаешь? – заметив хитринку во взгляде, поинтересовался Билл.
- Допустим, знаю. Но твоему парню, - Роб перевёл взгляд на Тома, - ответ не понравится.
- Он…
- Он твой парень и не надо мне врать, - строго отчеканил каждое слово Роберт.
- Ему донесли, - проговорил Том, глядя на заключённого. – Стоит спрашивать имя?
- Почему-то мне кажется, что это Форстер, - ответил Билл. – Он ведь частый гость у тебя, верно?
- Верно, - Роб вернул взгляд на племянника. – Ему нужна флешка, которую увёз с собой Спайдер.
- Он мёртв.
- Я в курсе.
- И ты в курсе, у кого эта флешка, - не спросил, а утвердил свои догадки Билл.
- Конечно! – хмыкнул Роберт. – Он доверял лишь тебе. Ты знаешь, что на ней?
- Нет. Спрятал и ни разу о ней не вспомнил, пока Спайдера не нашли мёртвым. Кстати, в десяти метрах от машины была заложена бомба. Твоя бомба.
- Серьёзно?! – удивился Роберт. – Тогда почему вы оба ещё живы?
- Твои уроки не прошли даром.
- Молодец! – с улыбкой похвалил мальчишку мужчина. – Я знал, что из тебя выйдет толк. Но что вы от меня хотите?
- Ты знаешь, кто стоял за теми убийствами и убийствами во Фрайбурге спустя два года, - напомнил Билл. – Мы хотим знать имя.
- Повторюсь: твоему парню эта правда не понравится.
- Меня уже ничто не удивит, - сообщил Том, даже не догадываясь, насколько ошибается.
- Боюсь, Том Николаус Кауэр, моя правда тебя шокирует, - язвительно проговорил Роберт. – Что ж, если вы хотите знать правду, слушайте.
И Роберт рассказал о том, что тридцать пять лет назад он, Тапперт, Альбрехт и Мориц прикрывали грязные делишки Ника Кауэра и Фридриха Каулитца, получая за это неплохие деньги. Пять лет они держались на этой «кормушке», пока на хвост им не сел отдел внутренних расследований, желая отловить не чистых на руку полицейских. Тапперт и Альбрехт быстро отошли от дел, а вот Мориц и Каулитц не захотели. Всё же семью прикрывали. Действовали в собственных интересах.
Когда Кауэр-старший построил свой первый торговый комплекс, отойдя от дел строительной компании, начались другие проблемы – местные бандитские группировки взбунтовали и пожелали получать прибыль в размере двадцати процентов каждый месяц. Естественно, Кауэр отказался платить, чем навлёк на свою семью проблемы. Зацепило и Каулитца, бизнес которого начал стремительно лететь ко дну. Но Фридрих вовремя спохватился и уехал в Берлин, где обзавёлся друзьями среди столичных преступных группировок. Ник же так просто сдаваться не собирался, но после того, как здание сгорело и погибли люди, уехал.
