– Помня его двойника, которого он повсюду таскает за собой, думаю, этот тип – комбайн войны. Не думай об этом, – успокоил ее Сильвен, вспоминая короля и жившего в нем мужчину, двух противоположных персоналий, которые уживались, прекрасно гармонируя друг с другом.
– Значит, нужно радоваться, наблюдая за воинами внизу?
– Это значит, нужно ждать подходящего момента. Если мы правы, они будут атаковать. Мы должны узнать их истинную цель. Остальное – самое меньшее, о чем стоит волноваться, – заключил Сильвен.
– Что же, Лина? К какой касте ты принадлежишь?
Отличавшийся изящными манерами, преподаватель повернул изможденное лицо в ее сторону. Откровенно говоря, телепат не слушала ни его объяснений, ни его речей. Прошло уже несколько часов с начала этих принудительных занятий, Лина не видела никакого прогресса в их вчерашних дебатах. Хуже того, царила такая же теплая атмосфера, как и накануне, будто это маленькое злоключение не охладило их радости. Лина хотела выть, вскочить на стул, а Клэр охватил еще больший гнев.
Сжимая кулаки, телекинетик видела в каждом ученике предателя, от которого требовалось избавиться. Задолго до того, как она попала в этот мир со множеством непонятных правил, блондинка успешно боролась за то, что трогало ее сердце. Поднимая знамена перед административными зданиями, она говорила за тех, кто не отличался таким же энтузиазмом. Сегодня девушка поняла, что если ее мир вращался не в ту сторону, то этот, казалось, находился в более бедственном положении.
Клэр была готова стряхнуть этот комок бешенства, увеличивающийся в ее груди, но ее подруге было хуже. За любопытными, насмешливыми взглядами учеников она видела Раза, наслаждающегося ее неведением.
– Лина – редкая. Телепатия является частью малораспространенного дара, который дарует как относительный контроль, так и ежедневное обучение на протяжении всей жизни.
Телекинетик говорила за подругу, слабо веря в то, что эти дурные решения могли вызвать всплеск негодования. Она находилась на грани, ей хотелось вскочить с места и орать благим матом прямо в эти унылые, легкомысленные лица.
– Именно. Лина принадлежит касте редких. Как и телепортаторы, – обрадовался преподаватель.
Лина непроизвольно сжала зубы, услышав это слово, ассоциирующее с недавних пор с высокомерным лицом ее бывшего друга. Воспоминания о причиненных страданиях заставили ее содрогнуться.
– Вы можете мне объяснить, в чем состоит значение каст? – поинтересовалась она, чтобы успокоить картинки, терзавшие память.
– Действительно, вы ведь прошли лишь частичную подготовку с тех пор, как прибыли к Стене.
Послышались издевательские смешки. Раз со своей маленькой группой поддержки в глубине зала презрительно глядел на нее.
– Существуют творцы, к которым принадлежит Райан и наш повар. Чистые элементалисты, которые используют сущность родовых, божественных энергий, как Клэр и Лиона. Сильвен, Эррера и еще ваш друг Аито являются частью касты метаморфов, потому что они видоизменяют материю. Наконец, редкие – это те, кто аккумулирует особенную, почти несуществующую силу в королевстве. Они формируют свою вселенную иначе, чем мы, в полной мере, не зная ограничений, кроме пределов их собственного сознания и физических возможностей. Многие пытались постичь эти невидимые границы и сталкивались с непостижимым. Другие погибли по неосмотрительности. Они были непредсказуемы, не считаясь с сознанием, продолжали дальше продвигать свой талант. И заплатили за него своей жизнью.
Лина приняла информацию, мрачно кивнув. Мысли вращались по кругу, она пыталась с осторожностью проанализировать услышанное. Возможно, этим и объяснялось вымирание телепатов. Они так усиленно развивали свой дар, что взрывались. Лина давно поняла, что изучение предельных границ своей силы немедленно отразится на ее поведении. Если в этом причина появившегося предсказания, то, возможно, если она не будет слишком давить, ей удастся его избежать.
Приободренная этими мыслями, Лина прислушалась к преподавателю, готовая к длительному процессу знакомства со странными мирами, составляющими Четыре королевства.
Когда девушки вышли из зала, Райан и Сильвен подбежали к ним. Обычно осыпающий остротами, Райан молчал. Убежденный в том, что они больше не расстанутся, он предпочитал держаться прямо перед этим собранием стервятников, казавшихся ему радушными.
– Давайте посмотрим, что происходит снаружи, – предложил юноша, направляясь на вершину здания.
Местность все так же была захвачена солдатами, разгуливающими с открытыми забралами, даже не пытавшимися скрыться под густой листвой зеленого леса, где им было бы гораздо теплее. Не утратив иллюзий при виде непроходимого купола, они пели, не боясь зимней стужи и собираясь в небольшие группы.
Некоторые ругались, иные дрались друг с другом на кулаках. Если бы речь шла не об армии, посланной мюланами, четыре хранителя могли бы практически поверить в веселый летний лагерь… без ножей, секир и арбалетов, спрятанных в шкурах зверей.
