– Это меч, жрец Белгора, и если ты дёрнешься к своему амулету, то мгновенно лишишься головы.
– Могу я повернуться лицом к девушке со столь красивым голосом? – Фриге Нойм медленно, очень медленно развёл руки в стороны.
– Можешь, – усмехнулась девушка.
Жрец повернулся и увидел ту, кого так долго искал, ведунью Гойну, дочь Бравлина и Родославы, темноволосую стройную девушку в лёгком доспехе, с пронзительными зелёными глазами и мечом в руке.
– Зачем ты искал меня, человек из проклятого Штангорда? – Глаза Гойны полыхнули гневом.
– Ты помнишь своих сестёр, ведунья? – вместо ответа спросил жрец.
Клинок узкого меча чуть дрогнул, за малым не метнувшись в лицо Фриге Нойма, и девушка ответила:
– Не смей поминать кого-то из моих близких, жрец.
– И всё же я попробую. – Нойм старался выглядеть спокойным, и пока ему это удавалось. – Твои племянники живы, Гойна, и ты нужна им.
– Врёшь! – Голос девушки задрожал. – Ты такой же лжец, как и ваш герцог, предавший наш народ. Ненавижу вас, штангордцев, презираю!
– Это правда.
– Взять его! – выкрикнула девушка, и на плечи жреца навалились два воина, вновь повалив его на снег и связав руки.
– Это правда! – закричал Фриге Нойм. – Клянусь своим богом!
– Ночью я проведу обряд на поиск родной крови, и если ты говоришь правду, – девушка склонилась над ним и горько усмехнулась, – то мы продолжим разговор. А если ты нас обманываешь, смерть твоя будет долгой и мучительной. Всё просто. Между великими силами, которым мы служим, мир и понимание. Но между нами, людьми, мира нет.
Ночь жрец провёл связанным подле костра, на котором дромы готовили ужин, а Гойна пропадала где-то в зимнем лесу. Фриге Нойм закоченел, руки и ноги затекли, и хорошо ещё, что тепло от костра не давало замёрзнуть окончательно. Были ситуации в жизни служителя Белгора и похуже, но его пленение выглядело унизительно, и это больно било по самолюбию. А ещё нервировало то обстоятельство, что его заморочила своим чародейством девушка. Впрочем, ради дела, которое ему поручили, он был готов на многое. И быть пленником далеко не самое страшное, что могло с ним случиться.
Развязали его утром, и, осмотревшись, Фриге Нойм увидел ведунью, которая выглядела чрезвычайно усталой и измотанной. Гойна села рядом с ним на конскую попону, раскинутую под деревом, и, прислонившись к стволу, который был покрыт серым мхом, посмотрела на всходящее из-за леса солнце.
– В первый раз настолько серьёзный обряд проводила, – нарушила тишину она. – Тяжело это, устала.
– И что выяснила? – спросил Нойм.
– Ты не солгал, – ответила девушка, – как это ни странно. В самом деле мои племянники живы. Однако у них своя дорога, а у меня и тех, кто со мной, – своя. Поэтому, как бы мне ни хотелось помочь мальчишкам, я с тобой не пойду, жрец Белгора.
– Почему?
– Духи предков сказали, что они должны сами определить свой путь, и не женщине решать за воинов. Настанет срок – и мы встретимся. Однако случится это далеко от ваших мест и не в этом году.
– Понимаю, – промолвил Фриге. – Подобное и у нас как закон, только вместо духов голос бога. Что будешь делать дальше, ведунья?
Девушка устало потянулась всем телом и ответила:
– Искать причины возникновения Злого Ковена. Мы – наёмники герцога Умберто, и пока он даёт защиту нам и нашим семьям, мы будем ему служить.
– Я могу дать информацию относительно Злого Ковена, – сказал жрец, поворачиваясь к девушке.
Но она его уже не слышала – свернувшись калачиком возле костра, ведунья мирно спала.
– Резче! Резче бейте! – кричал бард Джоко, наблюдая за нашими учебными боями. – Принимаете удар на щит и тут же наносите ответный! Без раздумий! Только наработанные на тренировках навыки спасут вашу жизнь в реальном бою! Запомните это! И не надо ничего придумывать, всё придумано задолго до вас! Вы не дуэлянты и не рыцари! В первую очередь вы – будущие воины! Поэтому нужна не красота, а результат!
Осень закончилась, пролетела слякотная зима, и, может, для кого-то это время тянулось долго, но не для нас, и все эти месяцы промелькнули, словно один день. Занятия, тренировки. Опять занятия и снова тренировки. С самого раннего утра и до позднего вечера. И единственным желанием каждого стало по окончании дня доползти до своего спального места, упасть и забыться до утра. Нагрузки были жуткие, и выматывались мы настолько, что даже еда в рот порой не лезла. И пару раз случалось так, что мы засыпали прямо за столом.
– Что ты делаешь, Звенислав?! – вновь прикрикнул Джоко. – Нужна не красивость, а эффективность. Зачем ты отгибаешься назад? Чтобы грудь свою могучую показать? Чушь! Вместо этого глупого движения ты мог рубануть противника по бедру и спокойно дождаться, пока он кровью истечёт. Дуролом!
