доносится урасалюткакому родуназемных войск или воздушныхмы кланяемся нынче?историю Алипия, дурак,я пересказывал не разкак будто ножницами резалхалат из байки монастырскойна тряпки на хозяйственную ветошьв артели Грекова сержанткрасноармейский живописецпо конским головам специалиствоздетая оскаленная мордаконь Ворошиловаи он видение имелуму непостижимоеприотворяется огромный глаз конябелок безумный в молниях-ветвяхкровавых тонкихя помню это утро в мастерскойу нас не выключали репродукторумолкла музыка раздался Левитани я услышал об освобожденьивойсками Киевакипел и бушевал разбуженный белокбелила не выдерживали жарапузырились текли – и лопнул мири страшная тоска меня прижалак настилу из неструганых досок«послушай, ты – услышал я – сержантизбегший смерти подо Ржевом,кто спас тебя тогда?кто после госпиталя твой ничтожный дартебе вручил?»Я поднял голову: на высоте стропилпарила в воздухе иконатеперь узнал бы этого святогоявился Власийхранитель Божьего скотанас было трое в мастерскойно я один и чувствовал и слышал:«не по гресем твоим но по любвимолитвами Заступницы ты призвансолдатом Господа».мне было сказано постричься в монастырья стал монахом – я теперь наместникв обители Печерской и достигнаверное полковничьего чинав духовных, разумеется, войсках…его неровного но бойкого письмаСпас-на-Фаворе Спас НерукотворныйГеоргий на коне со змиеми Власий с табунами лошадейвисят в надвратной церквии только Богоматерь Всех Скорбейисполнена молчанием сердечным«я живопись люблю – он говорил –дар живописца – высочайший дариз данных Богом»<p>«нашего чтения жалко до слез…»</p>нашего чтения жалко до слезтого что читали тайкомпод угрожающий говор березтронутых ветеркомпереломясь, вырываясь из рукхрупкий слепой экземплярперечнем зон, истязаний, разлукзахлебывался – ослеплялсмыслы смывая тактильным дождемэнергетический ливень лилсяв кончики пальцев печатавших ТомЖизни какую представить нельзяо машинисток бесплатных пора!лихорадочный треск по ночам –умалишенная наша играскоро обрыдшая намнынче встречая былых героиньв очередях ли в метроза руку схватишь… а заговорим –каждое слово мертвоболью мгновенной пройдя по лицупрежний огонь промелькнет…как вы? как дерево в сером лесув ольшанике среди болот<p>«помнишь Алеша дороги смоленщины…»</p>
