Цикл объединяет стихи, написанные в 1975–1977 гг. В это время началось активное движение в среде независимых художников и литераторов, состоялись многочисленные официальные и неофициальные выставки, была подготовлена антология неофициальной ленинградской поэзии «Лепта», возникли самиздатские литературные журналы «37» и «Часы». Эти и многие другие инициативы, возникавшие в среде непризнанных художников и литераторов, но далеко не всегда осуществлявшиеся, создавали ощущение бурной, но в то же время и мнимой отчасти жизни – ощущение, отразившееся в стихах этого цикла. Другой приметой времени стала эмиграция многих близких Кривулину людей его круга – ленинградцев и москвичей.
С. 114. Еще Орфей. Название ст-ния является отсылкой к одной из ведущих тем европейской и русской поэзии, но прежде всего к собственным вариациям этой темы, например в ст-нии «Натюрморт с головкой чеснока» (с. 98 наст.
изд.). Сюжет ст-ния можно схематично описать как столкновение клубящихся, словно на картинах Эль Греко, образов, воплощающих миф об Орфее, и подлинностью индивидуальной жизненной трагедии, которую знаменует собой Эвридика. …мир семейных альбомов… – Искусство со всеми его грандиозными средствами не в силах воспроизвести узнаваемый, устойчивый, повторяющийся в формах и деталях мир обыденной жизни. Жизнь мифа и жизнь его бесчисленных художественных воплощений, в которых «Орфей – механизму родная пружина…», существуют по разные стороны границы, отделяющей искусство «современности» от Эллады-Эвридики с ее «больным отношеньем источника с тенью».
С. 115. Тринадцать строк. Прочитанное через несколько десятилетий, это ст-ние воспринимается не только как запечатленный образ своей эпохи и своей страны, но и как осуществившееся предсказание их судьбы. …Паскалев тростник. – Новейший ко времени создания ст-ния перевод «Мыслей» Блеза Паскаля издан в 1974 году и принадлежит Э. Л. Линецкой.
С. 116. Яблоневый сад. Полдень. Воспоминание о лете, проведенном в Старом Крыму, в доме Валерия Всеволодовича Зеленского (р. 1944), психолога и писателя, ленинградского приятеля К.
С. 117. «Все оставили нас. Даже сами себя оставляя…» Эмиграция мыслится в ст-нии не только как отъезд в другую страну, но и как замыкание в себе, отказ от всяких попыток встроиться во «внешнюю» жизнь. Тема Иеремии… – Тема Плача пророка Иеремии – разрушение Иерусалима Навуходоносором II. Эта библейская книга породила жанр ламентации, скорбного плача, в европейской литературе и музыке. Все оставило нас, как на старофранцузской гравюре… – Имеется в виду одна из многочисленных гравюр, иллюстрирующих евангельскую притчу о сеятеле (Мф 13).
С. 118. «Ждали пропасти – но трещина ползет…» Ницше проклянет не оценивших тело… – Ср.: «Некогда смотрела душа на тело с презрением: и тогда не было ничего выше, чем это презрение, – она хотела видеть тело тощим, отвратительным и голодным. Так думала она бежать от тела и от земли. О, эта душа сама была еще тощей, отвратительной и голодной; и жестокость была вожделением этой души!» (Ф. Ницше. «Так говорил Заратустра»).
С. 120. «В космос тела, в живую воронку…» Зловещая пугающая рутина государственных торжеств – осеннего парада в ознаменование революции – переосмыслена и прочитана как символическое доказательство неизменяемости, неподвижности мира. …в яме лотоса над виноградной улиткой… – Поза лотоса в буддизме и индуизме – классическая поза для медитации, а раковина улитки символизирует неподвижность времени.
С. 120. «Голос беднее крысы церковной…» Написано под впечатлением посещения обезьяньего питомника в Сухуми, где обезьяны служили подопытным материалом для медицинских исследований.
С. 121. Смерть Бакста. Древний ужас – одноименное полотно Льва (Леóна) Бакста, впервые выставленное в 1910 году. На полотне изображено апокалиптическое видéние гибели древнего города. В центре его находится архаическая статуя богини Афродиты. Кривулин увидел в сюжете картины пророчество о будущих ужасах войны, свидетелем и жертвой которых мог бы стать художник, если бы не его смерть в 1924 году.
