Сердце тревожно бьётся, он гладит мои плечи, рубашка и брюки неслышно падают на камень. Руки жадно трогают мое тело. Ноги подкашиваются, и я, привычно встав на колени, ласкаю его член сквозь тонкие брюки. Он сжимает мои волосы, прижимая мою голову к своему паху, заставляя сильнее и больше вобрать в рот его огромный член. Он тихо шепчет мне что-то. Наслаждаюсь его вкусом, с удовольствием ласкаю его яички, обцеловывая пах и лобок моего любимого. Почему я люблю его, не знаю. Меня переполняет нежность, любовь, забота о нем. Вскрикиваю, когда он, развернув меня к себе спиной, проникает в меня, и сам чуть насаживаюсь на его член, что уже ожесточенно вколачивается в меня. Он меняет позы, я успеваю лишь кончить и слышу его глухое рычание:
— Саша, Саша…
Он отрывает меня от себя и жёстко сминает мои губы, целуя жадно, властно, зло. Задыхаюсь от нехватки воздуха.
— Я отпущу тебя, мне принадлежит лишь твоё тело.
Он отталкивает меня. И вдруг уже мягче говорит вновь:
— Я не забуду тебя, и не дам твоему телу забыть меня. Ты забудешь нас, меня. Твой сын Гиран тоже не будет помнить о тебе. Уходи!
Я что-то выкрикивают ему, зову, но его уже и нет. Так бы и остался здесь, есть только он и я. Туман словно окутывает меня. Как пьяный качаюсь, идя обратно. Тихий шепот во мне: «Мне нужна твоя душа», и я, замерев, кричу:
— Я твой, вернись!!! Люблю тебя!!!
Но ответа нет. Камень неохотно выпускает меня. Отец продолжает придерживать Изхана и, увидев меня, бледнеет.
— Сынок, скорее, уходим.
Киваю ему. Готов вот-вот разреветься, и это при том, что я альфа. Путаюсь уже в воспоминаниях о том, что только что произошло, и уже с содроганием и отвращением вспоминаю моменты, когда в меня вколачивался огромный член дракона. Гнев, кажется, мутит мой разум, хочу зарычать от унижения, обернувшись в волка. Кручусь вокруг с мордой в пене, отец что-то кричит, но я стремглав кидаюсь туда, откуда вышел. Грудь и голова уже разбиты в кровь. Холодный камень не пропускает меня назад. А мне хочется умереть от унижения. Как этот дракон смел пользоваться моим телом?! Кто дал ему такое право?! Но воспоминания стираются, и я несусь с бешеной скоростью вверх по лестнице. Я смог оставить себе лишь воспоминание, что ласкал член дракона, но вот лица его я не смогу вспомнить.
====== Часть 4 ======
POV Илфара
Смотрю на своего сына и не узнаю. После возвращения со сбора трав прошло уже полгода. А его как будто подменили. Вроде бы ничего и не произошло. Конечно, эльфов мы обманули, сделав лишний крюк. Но отдохнули знатно в моем любимом месте на Волчьей горе. Саша часто спрашивает меня о драконах. Увидеть драконов вживую — моя мечта, и он знает об этом. Собираем вместе информацию о драконах. А ведь мы были рядом с землями драконов.
Неровиль отдалился от меня ещё сильнее, чем прежде. Я знаю, что у него скоротечные романы на стороне, но меня устраивает, что он не лезет ко мне, и другие альфы не претендуют на меня. Течки свои я научился скрывать от всех. Мои знания в зельях и заклятьях очень помогают мне справиться с ними. Даже омеги, узнав, что я нашел средство предотвратить их, в очередь встают, чтобы купить у меня пузырек.
— Отец, а драконы умеют возвращать время?! — громко над ухом спрашивает меня сын.
— Сынок, я не знаю даже и десятой доли того, что умеют драконы. Но эльфы говорят, что драконы создали этот мир. И значит, вполне возможно, что им и это по плечу.
— Игнар… тебе это имя ни о чем не говорит?
Ну вот, он опять за своё, вздыхаю, мотая головой.
— И имя Изхан мне тоже ни о чем не говорит. Я не пойму, о чем ты, Саш?!
Он трёт виски и лоб.
— Я сошёл с ума, пап. Мне снится маленький дракон. Я зову его этим именем. А с Изханом я ругаюсь.
Потерянно смотрю на него, обняв за плечи.
— Может, стоит сходить к дяде?
— Да, я на все готов, но что мне это даст. Что-то внутри меня говорит о том, что мне лучше успокоиться и не придавать значения этим снам, что длятся уже полгода. Как наяву вижу малыша в человеческом облике. Какой же он прелестный. Как будто…
Глажу его по голове.
— Я знаю, что делать, сынок. На следующей неделе отец проводит выбор омежек. Ты будешь участвовать в выборе. И не спорь, омежка родит тебе сына. И всё нормализуется, вот увидишь. Мне тоже разные сны снились. Тебе нужен истекающий течкой омежка. И главное, чтобы любовь была.
Сын, скрипнув зубами, махнул рукой в сторону комнаты отца.
— Любовь как у вас?! Да, пап?! Как у вас?! Да он трахает всех подряд!!! И уже даже не скрывает этого ни от кого. Мне обидно за тебя и за себя. Ему плевать на нас. А ещё он, кажется, заделал двум омегам малышей. Кто-то жаловался.
Я прячу взгляд.
— Это его выбор, сынок.
Саша подскакивает.
— Он очень настойчив, пап. От него порой не могут отбиться просто. А жаловаться на него некому просто.
Я бледнею от стыда.
— Ты уверен?!
Он кивает устало.
