Иду за ним, и едва заходим в комнату, как он кидает меня на кровать и прижимает меня всем телом к ней. Моя рубашка задрана, он ласкает мои соски, что уже отвердели горошинами.
— Мой Илфар, хочу тебя. — стягивает с меня широкие черные брюки и тотчас накрывает мой возбуждённый член своим ртом.
— Нет, нет…
Он замирает, отодвигается, глядя на меня, сжав челюсти до скрипа. Вижу его разочарование и боль во взгляде и шепчу следом:
— Прошу, войди в меня. — приподнимаю ноги.
Он послушно встаёт на колени и упирается мне в анус своим огромным членом. Моя смазка просто течёт. С рыком входит в меня, и мы оба стонем от его уверенных ударов.
Кое-как привожу себя в порядок, стараясь не глядеть на красивое тело Александра в постели.
— Почему ты прячешь взгляд, Илфар?! Посмотри на меня, ну же. — требует он.
Покраснев, поднимаю на него растерянный взгляд. Он не отводит взгляда.
— А теперь скажи мне, глядя в глаза, я не нравлюсь тебе? Почему ты уходишь?!
А я-то боялся, что я ему не нравлюсь. Мотаю головой.
— Нет, нет, ты что. Ты тогда ушел, и я подумал…
Он обрывает меня и тянет к себе магией.
— Что подумал? Что я разочаровался? Я люблю тебя и восхищён тем, что ты, наконец-то пошел дальше в наших отношениях. Спасибо, что доверился мне. — он обнял меня нежно и, чуть задержав на мне взгляд, посадил к себе на колени.
— Я боюсь того, что ты просто будешь использовать меня. — смеюсь тихо.
— Илфар, ты что?! Ну, скажи же, вместе посмеемся.
Хохочу громко, до слез.
— Саш, не обижайся, но так обычно говорят омеги. А не драконы.
Он улыбнулся и тоже засмеялся вслед за мной. Отсмеявшись, он спрашивает:
— А я не похож на омегу?!
Смотрю на его веселое лицо и мотаю головой.
— Нет, конечно. Но когда ты был мной, то…
Он сжимает меня крепко.
— Тогда я так не хотел, чтобы ты был с ним. Но он сделал всё, чтобы сделать тебя своим.
Убираю с его лба длинные пряди, и тихо шепчу:
— Я никогда не любил его. Я понял это через полгода после того, как он сразу почти охладел ко мне. Но подводить родителей не хотел. И изменять мне он начал почти сразу. Даже не дождался когда я рожу Сашку.
Александр, чуть приподнявшись на локте, заглянул мне в лицо.
— Но ты ведь знал, что я к тебе неравнодушен, я каждый день доказывал тебе это.
Улыбаюсь, глядя на него.
— Ты был таким со всеми. Особенно с девушками, они приходили к тебе часто. Если я и принимал иногда за правду твоё отношение ко мне, то потом сразу отбрасывал.
Дракон тихо рыкнул:
— Я не был ни с одной девушкой или омегой. Уж ты-то должен был это знать.
Что-то во мне словно надламывается.
— Саш, я верил тебе… первое время, даже сына назвал в твою честь. Это все знают. Но ты не увидел, как я одинок. Ты не увидел, как мне тяжело, у меня к тебе вопрос. — он приподнимает бровь, а я продолжаю: — Почему именно сейчас ты стал настойчив?! Почему именно сейчас ты признался мне в том, что ты дракон?!
Он отводит взгляд, и я резко сажусь, отстраняясь от него.
— Значит, ты не будешь говорить правду! Ладно! Тогда больше не говори мне о любви. Ты добился своего, мы переспали. И я признаюсь, ты очень глубоко в моем сердце. Не знаю, любовь это или нет, но после этой ночи…
Он негромко зовёт:
— Илфар, Илфар, прекрати. Я скажу тебе правду. Мы видим будущее и прошлое. Но можем изменить ненамного, чтобы исправить наши ошибки, ваши ошибки. Я скажу тебе всю правду. Но боюсь, что ты возненавидишь меня. — испытывающе смотрю на него. Он начинает одеваться. — Но надо, чтобы ты и сам убедился в том, что я не вру тебе. Пойдём, Саша как раз возвращается с прогулки.
Спрашиваю с комом в горле:
— А он-то здесь причем?!
Тот пожимает плечами и тянет меня к выходу.
— Я все объясню, когда мы будем вместе.
Выходим на улицу. Я не свожу взгляда со спины дракона. Он идёт как-то медленно и неохотно, опустив плечи. На узенькой дорожке появляется мой сын в обличии волка, черный, как смоль. Дракон сжимает кулак и наводит его на моего сына так быстро, что я не успеваю кинуться на защиту. Вой волка переходит в хрипы, и уже перед нами голое тело моего сына. Оседаю на землю прямо у его тела и начинаю его лечить. Даже не смотрю на то, что ран нет. Ведь сын не двигается.
— Он сейчас очнётся, не переживай. Его телу нужна передышка и время. Я никогда не трону его.
Кидаю злой заплаканный взгляд на дракона. Сил нет на него отвлекаться. Надо понять, от чего лечить сына. Но проверив его на все, через час устало сдаюсь.
— Что ты с ним сделал?!
Дракон, подхватив тело моего сына, тихо отвечает:
— Увидишь. Всему своё время. Иди за мной.
Да и так бегу за ним. Мне и остаётся сейчас лишь верить ему. Он ведёт меня вниз по тропинке к небольшому озеру.
— Илфар, просто верь мне. Просто верь. Сейчас Саше надо много энергии. Ему надо восстановить свои силы. — и он, резко отпрыгнув от земли, словно взлетает с моим сыном на руках. — Жди здесь.
